Читаем Полет лебедя полностью

— Посмотрим. Поднимайтесь и собирайте свои вещи, Ханс Кристиан. А я займусь вашим ланчем, пока еще не стемнело.

И энергичная дама направилась на кухню.

Молодой человек, довольный столь неожиданным избавлением от неприятного разговора, побежал наверх. Его радовала перспектива вновь увидеть Оденсе. Теперь-то уж ему окажут хороший прием его односельчане. А осенью, когда Элси приедет в Копенгаген, он покажет ей свою поэму. Ханс с любовью достал ее из кармана. Возможно, когда он станет священником, у него будет не так много времени на стихи. Одинокая боль подступала к горлу. Жертва будет огромной, но Элси стоила этого,

Ханс Кристиан занялся сбором своих вещей с радостным сердцем, слушая стук дождя по черепичной крыше. Он надеялся, что, когда приедет в Оденсе, там будет светить солнце.

XVIII

— Увы! Как быстро уходит все хорошее и прекрасное! — со вздохом произнес эльф. Но в конце концов он нашел другую розу, в лепестках которой устроил свой новый дом. Он снова мог жить в безопасности, спрятавшись за благоухающими лепестками.

«Эльф, живущий в розе»

Как только побережье Ютландии осталось далеко позади, погода наладилась и путешествие от Орхуса к острову Фюн прошло спокойно. «Паровой корабль» плавно двигался своим курсом. Многие пассажиры с любопытством смотрели на своего выдающегося попутчика. Некоторые из них направлялись в Оденсе. Как только на горизонте появились первые признаки Фюна, они начали крутиться возле него. Но возбуждение Андерсена нельзя было передать никакими словами.

— Простите, мадам, но я очень плохо себя чувствую, — обратился он к веселой молодой даме, которая вместе со своей матерью следовала буквально по пятам за ним, начиная с того момента, как ей на него указали.

— О, какая жалость! Может быть, принести вам воды? — предложила она.

— Нет, пожалуйста, я хотел бы остаться один на какое-то время, — промямлил Ханс Кристиан, надеясь, что его слова не выглядели слишком грубыми. Он не мог позволить никому, а особенно этому легкомысленному созданию, разделить с ним столь священный момент возвращения домой.

Пока юная дама разговаривала с матерью, Ханс незаметно исчез. Ему удалось найти безопасное место между кучей багажа и бортом парохода, где он мог спокойно предаться глубокому, тревожащему душу воспоминанию о своей родине. Он был так одинок с тех пор, как покинул ее. Он и сейчас одинок. Но теперь он добился успеха и встал на путь славы и богатства, хотя еще не получил ни того, ни другого.

Впереди показался знакомый навес, под которым он когда-то преклонял колени и молился. Ничто не изменилось за прошедшие десять лет. Ни одного гвоздя не было вбито в стену, в крыше не появилось ни одной новой дыры. Как и раньше, на берегу пассажиров ожидал дилижанс, рядом с которым стоял неизменный старый Клаус. Волосы старика поседели, плечи сгорбились, но борода по-прежнему осталась черной и густой. Он был одет все в тот же кожаный плащ, так хорошо знакомый Хансу с давних пор.

Ханс Кристиан перегнулся через перила борта так сильно, как только мог, рискуя упасть в море.

— Клаус! Эй! Клаус! Помнишь меня? — кричал он, неистово размахивая руками.

Клаус повернулся в сторону корабля, подходящего к пристани. Лошади зафыркали и стали рваться с места. Их все еще пугал вид этого огнедышащего монстра, на месте которого когда-то стояли парусные корабли. Клаус обхватил руками их головы.

— Тихо, тихо! Стоять, Джим! Тихо, Нелли, — пытался он успокоить лошадей, между тем рассматривая едва узнаваемую фигуру молодого человека, балансирующую на перилах. Андерсен, внезапно решил он. Никто, кроме него, не может себя так вести.

— Клаус, я вернулся в Оденсе! Ты не узнаешь меня? — кричал худой мужчина, с силой вытягивая свою шею, словно лишний дюйм мог приблизить его к кучеру.

— Будь я проклят, это же Андерсен! — крикнул кучер в ответ. — Добро пожаловать домой!

Добро пожаловать домой! Самые прекрасные в мире слова! Глаза Ханса Кристиана наполнились слезами. Матросы, готовившиеся выбросить трап, с удивлением смотрели на этого молодого человека, чье желание попасть на берег было настолько велико, что он был готов броситься за борт.

— Осторожно, господин. Вы упадете. Мы еще не причалили, — предупредил его один из матросов.