Читаем Пол и характер полностью

Итак, материнство и проституция – два полярно противоположных явления. Это положение можно вывести уже из того факта, что у женщины-матери гораздо больше детей, чем у кокотки, в то время как уличная проститутка в большинстве случаев совершенно бездетна. Нужно заметить, что к типу проститутки принадлежит не только продажная женщина, к нему можно причислить и замужних женщин и много так называемых благородных девушек – даже и таких, которые никогда не нарушали брачных уз, но они не делают этого не потому, что не представлялось случая, а просто потому, что сами не хотят заходить так далеко. Поэтому не следует удивляться применению понятия «проститутка» к более обширному кругу женщин, чем это привыкли до сих пор делать, давая этот эпитет только продажным женщинам. Уличная проститутка только тем отличается от пользующейся большим почетом кокотки и гетеры, что она совершенно лишена способности подразделять отношения; отсутствие же всякой памяти превращает ее жизнь в сумму отдельных, не связанных друг с другом моментов.

Поэтому тип проститутки мог бы существовать и тогда, когда на свете были бы всего один мужчина и одна женщина, ибо тип этот свое выражение получает в характерном отношении к отдельному мужчине.

Факт меньшей плодовитости проститутки освобождает меня от необходимости опровергать один весьма распространенный взгляд, согласно которому проституция (явление, строго говоря, лежащее в самых недрах человеческой природы) представляет собой результат неблагоприятных социальных условий, как, например, отсутствие заработка у многих женщин. Этот взгляд обвиняет существующий общественный строй, где экономический эгоизм мужчин, забравших власть в свои руки, лишает иногда возможности незамужних женщин вести честную жизнь. Далее, он указывает на холостую жизнь, вызванную будто бы материальными условиями и требующую во что бы то ни стало существования проституции.

Нужно ли напоминать, что проституция – это черта, свойственная не одним только уличным проституткам, и что иногда и богатые девушки, пренебрегая всеми благами своего положения, предпочитают открытое фланирование по улицам (улица – это необходимый аксессуар проституции).

Ведь женщинам отдают же предпочтение в занятии должностей в магазинах, на почте, телеграфе, телефоне. Положим, эти занятия очень однообразны и шаблонны, но ведь женщина менее дифференцирована, чем мужчина, а потому и менее взыскательна. В этом смысле капитализм опередил науку: он нашел, что женский труд дешевле мужского, так как потребности женщины менее значительны. Но, впрочем, проститутке приходится нелегко, так как ей нужно платить за квартиру, иметь дорогие платья и содержать еще сутенера. Какова сила влечения у них к этому образу жизни, видно из того, что нередко проститутка, вышедшая замуж, возвращается к прежнему образу жизни. Кроме того, в силу неизвестных причин, лежащих в ее природе, проститутка совершенно невосприимчива ко многим инфекциям, которые часто поражают честных женщин. Наконец, проституция существовала всегда, и ее рост не зависит от каких бы то ни было усовершенствований капиталистической эпохи; мало того, она далее принадлежала к числу религиозных установлений некоторых народов древности, например финикиян.

Итак, проституция не есть определенный путь, куда мужчина толкает женщину. Нельзя отрицать, что в очень многих случаях виноват всецело мужчина, и это имеет место тогда, когда девушка должна покинуть свою должность и остаться без хлеба. Но тот факт, что женщина в таких случаях видит исход только в проституции, – этот именно факт глубоко лежит в природной сущности ее. Чего нет, того и быть не может. Ведь мужчине, который с материальной стороны гораздо чаще подвергается всяким превратностям судьбы и который интенсивнее ощущает нужду, чем женщина, проституция совершенно чужда: если она и встречается (у кельнеров, парикмахеров и т. д.), то только у промежуточных половых форм. Следовательно, слабость и влечение к проституции являются все же чисто женской чертой – чертой врожденной, столь же естественной, как и предрасположение к материнству.