— Да, психотерапевт очень обходителен со мной. Мы обсуждаем все, что причиняет мне хоть малейшую боль в течение дня, и работаем над каждым из этих пунктов. Знаете, теперь я настроена решительно. Я восстановлюсь и буду счастлива. Так же, как и он!

Сириль не могла не выразить ей своего одобрения.

— Хорошо, а теперь я задам вам несколько вопросов общего характера.

— Слушаю вас.

— Как вы себя чувствуете, когда просыпаетесь? Последние два дня, в частности?

— Я спокойна, хорошо сплю.

— Испытываете вы какие-то страхи, опасения?

— Нет.

— Каковы ваши отношения с окружающими, с вашими детьми?

— Думаю, я стала меньше нервничать. Моя старшая дочь сообщила, что переезжает к своему парню, который мне не особо по душе, тем не менее я нормально отреагировала.

Сириль внимательно посмотрела на пациентку.

— Вы не почувствовали недовольство, досаду?

— Нет, ничего. Я была спокойна и уверена в себе. С тех пор как я работаю с вами, я постоянно в этом состоянии. Меня больше ничто не достает. Похоже, мне очень помогает общение с вами.

Доктор Блейк продолжала записывать все сказанное пациенткой.

— А если я заведу разговор о вашем муже, как вы отреагируете на это?

Изабелла ДеЛюза пожала плечами и слегка улыбнулась.

— Никак, мне все равно. Все кончено. Я больше не хочу его видеть. Все, это конец. И это тоже не заставляет меня нервничать.

Сириль записала и это. Четыре дня назад Изабелла ДеЛюза была безутешна и разъярена. Неужели все дело в мезератроле? Неужели он настолько повлиял на ее настрой по отношению к окружающим? Все это было очень интересно.

— Отлично. Мы будем продолжать лечение до конца недели, а через пять-шесть дней я прошу вас прийти в клинику на консультацию. Меня не будет, но вы встретитесь с доктором Пани, который работает со мной.

Сириль встала и проводила пациентку к Мари-Жанне.

— Запиши, пожалуйста, мадам ДеЛюза на консультацию с доктором Пани на следующую неделю.

Нино, рассматривавший картины в зале ожидания, обернулся и посмотрел на Сириль. Она сразу же поняла, что что-то не так…

24

— Как это — код в каждом деле?

Нино сидел на диване в кабинете Сириль. Он сообщит ей все, что узнал, и уйдет — таково было его решение. Дальше пусть Сириль делает, что хочет. А он сможет все забыть.

— Четыре дела лежали в секретере Маньена, я положил их на место, в архив. У меня, видимо, сработал рефлекс, и я заглянул в каждое из них. Все дела были практически пустыми, но внизу каждой страницы был написан код.

Сириль не могла в это поверить, как не мог поверить Нино несколько часов назад.

— Ты записал этот код?

Нино достал из кармана пачку сигарет, на которой было выведено: «4РП14».

На несколько секунд Сириль закрыла глаза.

— Это мне ничего не говорит. Во всех четырех делах был именно этот код? И в деле Дома тоже?

— Да. Я уже говорил тебе это.

— А ты знаешь, что это значит?

Нино потер рукой лоб.

— Ты и сама прекрасно знаешь, что в дела пациентов нельзя записывать некоторые данные, в частности те, из-за которых могут возникнуть судебно-медицинские споры. Например, десять лет назад в дела не записывали слово «электрошок». Вместо него использовали код.

— Да, я знаю. 546 — цифры, соответствующие Государственному энергетическому управлению Франции, появившиеся в результате не вполне уместной шутки. 6126 — код инсулинотерапии, по количеству атомов углерода, водорода и кислорода в глюкозе. Но 4РП14 ни о чем мне не говорит.

— Только напоминает автомобильные номера. Интересно, зачем использовать код, не известный персоналу?

Сириль разволновалась. Еще одна загадка.

— Надо подумать над этим. Можешь уделить мне сегодня еще немного времени? — спросила она.

Но Нино уже встал и направился к двери.

— Моя миссия на этом заканчивается. Я по-прежнему работаю в Сент-Фе и не могу рисковать своей карьерой.

— Я не прошу тебя о многом. Всего лишь пораскинуть мозгами за чашкой кофе.

Нино поклялся себе ничего не говорить ей, хотя сейчас Сириль предоставляла ему отличную возможность высказаться.

— Я не хочу «раскидывать мозгами» с тобой и вообще не хочу иметь с тобой дело. Я добыл для тебя важную информацию. Делай теперь, что хочешь. Мне кажется, что кому-то было нужно, чтобы ты позабыла и Дома, и его дело. Подумай об этом хорошенько и будь осторожна. А я ухожу. Чао!

Сириль замерла в кресле. Она произнесла лишь одно слово:

— Почему?

— Что почему?

— Почему ты меня бросаешь?

Нино усмехнулся: шанс был просто идеальный! Наконец-то он сможет поквитаться с этой дамочкой.