Читаем Покров-17 полностью

Научный сотрудник ДОЦЕНКО Е. В. и работник охранной службы ЛЕБЕДЕВ В. А. взяли Кауфмана за руки. Члены экспедиции попытались успокоить Кауфмана. Его паническое состояние усилилось. Старший научный сотрудник КАТАСОНОВ А. Е. принял решение о досрочном прекращении экспедиции и немедленном возвращении обратно, о чем было доложено по радиосвязи ГРАБЕРУ И. И.

11:38. Группа начала движение к выходу из сооружения, держа Кауфмана за руки и пытаясь успокоить его.

11:40. Кауфман резко вырвался из рук, упал на пол и забился в судорожном припадке. Членам экспедиции пришлось крепко зафиксировать его руками.

Во время судорожного припадка Кауфман начал кричать, будто видит боевые действия, происходившие на территории Объекта, и принимает в них непосредственное участие.

РАСШИФРОВКА ПЕРЕГОВОРОВ ПО РАДИОСВЯЗИ (с 11:39 по 11:45)

КАУФМАН. Господи, господи, это просто пиздец, просто полный пиздец, я не могу так, я не могу.

КАТАСОНОВ. Давай, давай, держись, мы уже идем обратно, всё, всё.

КАУФМАН. <неразборчиво> и ничего не вижу, мне очень страшно. Пиздец!

ДОЦЕНКО. Мы рядом, мы с тобой.

(11::40 — Кауфман падает в судорожном припадке.) КАТАСОНОВ. Господи.

ЛЕБЕДЕВ. Ребят, держите его, он же дергается. <неразбор-чиво> голову.

ДОЦЕНКО. Паш, хватай за руку, я возьму другую.

ВАСИЛЬЕВ. Охренеть он сильный.

КАТАСОНОВ. Лебедев, хватай за ноги. Подержу голову.

КАУФМАН. Опять стреляют. Где командир? Где Старцев? КАТАСОНОВ. Что? Здесь никто не стреляет.

КАУФМАН. Ложись! Опять они!.. Мы тут все сдохнем!.. Нет, не говори так, а ну не ссы, ты же боец! Не ссы, говорю! А-а-а-а! <неразборчиво> и Кричевского убили! Залегай!

ДОЦЕНКО. Господи, что с ним такое.

КАТАСОНОВ. Никогда такого не встречал. Держите крепче.

КАУФМАН. Давай залпом! Раз, два… Твою мать!.. Немцы еще идут! Возьми себя в руки, ты же мужик!

КАТАСОНОВ. Гриш, успокойся. Все хорошо. Никаких немцев тут нет.

КАУФМАН. Игнатюк! Где Игнатюк? Какого хера? И его тоже? Лезут и лезут, твари… Давай, ты и я… Патроны? Да где! Сука!.. Опять лупят! <неразборчиво> лейтенант!

ГРАВЕР. Ребята, надо что-то делать. Тащите к выходу.

КАУФМАН. Там лейтенант… Не вижу. Лежит, не двигается. Господи, спаси и сохрани. Спаси и сохрани. Спаси и сохрани.

(расшифровано верно — Грабер)

11:45. Кауфман потерял сознание. Экспедиционная группа приняла решение вынести его из Объекта на руках.

11.49. На выходе из сооружения Доценко, по собственным словам, обернулся и увидел, что Объект-1Б стоит на ногах, встав в полный рост, поднимает винтовку и целится прямо в него.

11:59. Экспедиционная группа добралась до внутренней двери шлюза. Запущен открывающий механизм.

<…>

12:15. Экспедиционная группа покинула защитное сооружение. Обследование Объекта-1 досрочно завершено. Кауфман по-прежнему без сознания.

ПОСЛЕ ИНЦИДЕНТА

Кауфман пришел в сознание в 12:20, спустя пять минут после выхода из защитного сооружения. Заявил, что ничего не помнит. Температура тела повышенная, речь спутанная,

сбивчивая. Движения плохо скоординированы, взгляд блуждающий. Жалуется на головную боль.

Доценко рассказал о вставшем на ноги Объекте-1Б.

По прибытии в институт Кауфман госпитализирован в медсанчасть, остальные участники экспедиции направлены на обследование.

РЕКОМЕНДАЦИИ

Необходимо всестороннее медицинское обследование Кауфмана. Вышедший из строя темновизор отправить в технический отдел для выявления причин сбоя. Начать подготовку к внеплановой экспедиции для дополнительного исследования Объекта-1Б с учетом доклада Доценко.

Отчет передать тов. Юферсу (приписка от руки — Очень смешно. Катасонов).

ОТЧЕТ СОСТАВИЛИ Доценко Е. В. Васильев П. П.

УТВЕРДИЛ Катасонов А. Е. 7.09.1993 г.

22 июля 2002 года

Село Недельное, Калужская область

* * *

Отец Михаил, молодой долговязый священник с густой бородой, подметал ступени и поглядывал на старика, который вышел из машины фотографироваться на фоне храма. Чуть поодаль стоял с фотоаппаратом толстый усатый мужик, в машине сидел подросток. Занятно, подумал он: явно нездешние. Туристы? Да откуда же здесь туристы?

Ему показалось, что старик явно из воевавших. Вытянулся в струнку, встал перед фотоаппаратом, точно перед командиром, а потом быстрым шагом направился обратно к машине.

Обычно отец Михаил сразу узнавал воевавших. Он сам воевал в Чечне в девяносто пятом. Вспоминать об этом не любил. Да и кто любил?

Старик открыл дверцу, залез на заднее сиденье, и гости уехали.

Отец Михаил, подметя ступени, некоторое время смотрел вслед уезжающей машине. На лбу его выступили капельки пота — жара все-таки сильная. Забавно, конечно. Кажется, и вправду туристы.

А потом вздохнул, оставил метлу у входа, приоткрыл ворота и вошел обратно в храм.

Внутри стояла прохлада, воздух пропитался терпким запахом ладана, всё сияло начищенной позолотой и успокаивало небесно-лазурной росписью. Кроме отца Михаила, в церкви больше не было никого.