Почувствовав прикосновение шершавой ладони к своей правой руке, невольно вздрогнула, но руку не отняла.

Было неожиданно приятно, что Гордеев меня успокаивает.

А вот, когда до моей левой щеки дотронулись мокрые пальцы и начали вытирать мне слёзы, вот это было противоположное чувство.

Уже хотела отстраниться, как вдруг через меня перевалился Мэт и грубо откинул руку Ростика, не стесняясь в высказываниях.

– Молодые люди! – раздались чужие голоса. – Ведите себя тихо!

– Гордеев, – попыталась утихомирить нарушителя порядка.

– Руки от неё убери! – процедил он сквозь зубы, убивая взглядом Гранатова.

– Что хочу, то и делаю! – удивил громким протестом ботан.

– Вы мешаете! – посыпались замечания со всех сторон.

Так. Кажется, мы теряем контроль.

– Не доводи меня, лошок! А то очки переломаю, реветь будешь! – огрызнулся Мэт.

Что ответил Ростик, я не расслышала, в этот момент со сцены вовсю голосил певец и ботан прикольно открывал рот, имитируя выступление.

Но концовку речи мы всё же услышали:

– …тупой урод!

Не трудно догадаться кому это предназначалось. Палец, указывающий на Мэта, говорил сам за себя.

– Ну всё, хлюпик! – прорычал Гордеев и со свистом перелетел через меня на Ростика.

Знатная заварушка!

Пока Мэт мутозил ботана, кто-то из них мне чуть ботинком по лицу не съездил.

Спас дядечка с нашего ряда и охранник.

Вывели нас, как преступников. Больше всего Ростик расстроился. Причёску испортили, бабочку сорвали, очки набекрень.

Как в таком виде перед мамой явится? Бедолажка. Точно каши по утрам лишат.

– Я не понимаю, Вика! – рассердился он, глядя на Гордеева без царапинки. – И это ты считаешь нормальным??

– Я предупреждала тебя, Ростик, – развела я руками. – Идея с театром была провальная!

– Его здесь не должно было быть! – слегка визгливо ответил он. – Это же наше свидание!

– Ну ничего страшного! – колко усмехнулся Матвей. – Давай ещё! Мне даже понравилось! Душевно посидели, чего ты?

– Больше, чтобы его с нами не было!

А вот это интересно! Мне только что отдали приказ??

– Мэт со мной теперь будет всегда! Смирись! – даже шпилькой цокнула.

– Как тебе тройничок? Повторим? – женишок не заставил себя ждать и расплылся в вызывающей улыбке.

– Я буду жаловаться! – воскликнул Ростик. – Ты будешь очень жалеть об этом, Вика!

Оп, а вот и угрозы!

– Не хочешь дружить, тогда проваливай! – махнул рукой Мэт.

– Я это так не оставлю! – последнее слово за очкариком и его сдуло ветром.

– Обязательно было устраивать бои без правил? – повернулась к жениху.

– Нерв защемило, – как ни в чём не бывало сказал он и закинул мне на плечо руку. – У меня бывает.

Глава 16

МАТВЕЙ

– Ну всё, пока, Мэт.

Вика после ухода Ростика, вздохнула тяжело и скосила глаза в сторону остановки.

– Нет, не пока. Вечер только начался, а принцесса в розовом балахоне решила сбежать?

Вот какая блоха меня укусила?

Я же найду чем заняться, а сам лезу к дикарке, будто мало мне ее на учебе терпеть.

Вика при упоминании своего наряда прикрыла рюши на груди руками, все равно видны. Елки, ну куда я смотрю?

– Ты мне помог, на том и спасибо, – заливаясь румянцем, головой покачала, – Здесь нет никого из твоих знакомых, так что можешь не…

– Да при чем здесь это? – я перебил, – У меня после оперы стресс. Меня нельзя одного оставлять, могу же не сдержаться и арию завыть. В универе встретишь потом жениха пострадавшего от нервных людей.

Ее рассмешило мое оправдание. Мне нравится смотреть на ее смех, когда глаза не колются зеленым огоньком, а трогают меня гораздо глубже.

Воспользовался заминкой своей временной невесты и потянул за собой, обещая угостить мороженым на набережной. И про репетицию нашей парочки пришлось добавить, чтоб и самому объяснить себе странности.

Ходить туда-сюда по набережной, далеко от моих предпочтений. Можно сказать, что было так. С рыжей очень даже неплохо гулялось. Мы перестали вспоминать, кто мы есть, обзываться врагами. Смеялись над Ростиком, обсуждали оперу, вернее то, что туда нас обоих не тянет.

Возле лотка с мороженым я слушал, как Вика, посмеиваясь, рассказывала про настойчивость Ростика.

Мягко сказано, слушал. Я закипал внутри себя.

И не просто бесился, а представлял, как швыряю ботана на купол театра. Пусть оттуда он оперу смотрит, нарвется гад у меня.

– …Таким его тетя Фая и отправила ко мне. Тебе не смешно, что ли? – Вика отвлеклась на мой скрежет зубов.

– Да вообще угореть можно! Ха-ха. Внутри себя плачу от смеха, – выдавил я подобие смешка, не показывая кровожадность к ботану.

И после историй подкатов интеллигента сопливого мне вспомнился и мой суперский подвиг. Сегодня я: отвлекался на ушлепка, бесился, насиловал уши на опере и выпустил из вида нечто важное.

А его нет, этого важного. Исчезло!

– Где оно?! – схватил невестушку за безымянный палец.

– Ты про кольцо? Снялось наконец-то! – выдохнула с облегчением.

Вот как, значит…

– И хорошо, что ты напомнил, – продолжила она, – Я с собой взяла кольцо тебе вернуть. Возьми, вдруг еще пригодится, – и протянула в ладошке мой след от ловушки для рыжей.