Читаем Похвала подлости полностью

Роммель был погребен с пышными почестями» [36, с. 344–346].

Как показывают кадры немецкой кинохроники, Гитлер плакал на похоронах Роммеля. Навзрыд.

25. Маскируй свои рога и копыта, клыки и когти

Первый рейх. «Снова триумвиры, собираясь на войну, должны были дать определенные обещания военным массам» для колоний были отписаны земли 18-ти городов Италии, между которыми были Капуа, Беневент, Венузия, Нуцерия, Аримин, Витон, Регий.

Необходимо было, однако, уже теперь выдать солдатам задатки; также важно было собрать суммы для военных операций на востоке. Этой цели должны были послужить опальные списки, а для составления их нашли очень выгодную вывеску: наказание убийц Цезаря (естественно, с полной конфискацией всего принадлежащего им имущества. — Б. П., Е. П.).

Автор закона о преследовании убийц Цезаря, новоизбранный консул Педий, племянник Цезаря, назвал имена 17-ти выдающихся людей Рима, которые и были предложены триумвиратами к казни; но в ту же ночь потрясенный ужасом, охватившим население, умер от удара. У Антония и Октавиана оказались более крепкие нервы. Они занесли в tabula proseritionis сначала 130, потом еще 150 человек. На списках впереди стояли имена близких родственников всех командиров, Лепида, самого Антония (по-видимому, ставших ему лишними в силу своей докучливости. — Б. П., Е. П.), Планка и Поллионо; в число врагов Цезаря Антоний поспешил занести Цицерона (вот уж кто точно был тут ни при чем! — Б. П., Е. П.), и убийцы настигли его 7-го декабря 43-го года» [14, с. 88]. Аминь.

«Постепенно императоры стали претендовать на право казначейства (aerarium), на bona vacantia и bona caduca (бесхозная и вымороченная собственность, на которую никто не мог претендовать по завещанию или по закону), а также на bona damnatorum (собственность, подлежащую полной или частичной конфискации по приговору). Именно в таком финансовом свете мы должны воспринимать утверждения о том, что дурные императоры прибегают к обвинениям, когда у них не хватает денег» [24, с. 331]. «Нерон в конце концов стал предъявлять права на всю собственность казненных и сосланных» [24, с. 335].

— Нерон приказал мешавшую ему его первую жену Октавию сначала взять под стражу, а затем и убить: «Ей насильно вскрыли вены, чтобы придать убийству вид самоубийства» [24, с. 146].

Второй рейх. «Фра Томас де Торквемада был назначен сначала Великим инквизитором Кастилии, а вскоре (буллой от 1483 года) и Арагона…

Результат оправдал такой выбор. Казалось просто невозможным подобрать другого человека, способного одновременно воплотить в жизнь замыслы короля Фердинанда относительно многочисленных конфискаций, намерения римской курии, которая жаждала распространить свою власть и удовлетворить денежные интересы, а также достичь цели инквизиторов — вдохновить террор аутодафе» [89, с. 106].

— Параграф X Кодекса Торквемады: «Лица, виновные в ереси и вероотступничестве, лишаются всей своей собственности, начиная с того дня, когда они впервые согрешили; их собственность конфискуется» [89, с. 120].

— «В Риме во времена Торквемады Его Святейшество раздавал отпущения грехов, заменяя казнь на денежные штрафы, объясняя сию замену христианской заповедью: Бог не желает смерти грешников, но хочет видеть их здравствующими и обращенными в истинную веру» [89, с. 171]. Тот же, кто не может расплатиться кошельком, расплачивается собой — «Luitur cum persona, qui luere non potest cum crumena».

— «Григорий IX возобновил проповедь священной войны. Римский первосвященник требовал от католиков щедрых денежных пожертвований. Папские проповедники охотно отпускали грехи жертвователям золота и серебра, откупавшимся таким образом от личного участия в очередном крестоносном предприятии» [35, с. 275].

— «Фридрих II противодействовал папе в организации очередного крестового похода. Когда в 1239 году отряды крестоносцев все же собрались в Лионе под началом короля Тибо Наваррского, герцога Гуго IV Бургундского и других сеньоров, Григорий IX объявил, что Иерусалим более не является целью похода — они должны придти на помощь Латинской империи. Политические (и финансовые. — Б. П., Е. П.) соображения, по существу, вытеснили религиозные мотивы в действиях римской курии, связанных с проведением крестовых походов» [35, с. 276].

— «Крестоносными подчас объявлялись объекты, не имевшие никакого касательства к прямым целям движения, например, Сицилию, которую папа Клемент IV стремился отобрать у Гогенштауфенов. Война с потомками Фридриха II чуть ли не приравнивалась этим папой к иерусалимскому крестовому походу.

«В 80-х годах XIII века папа Мартин IV объявил крестовый поход против короля Педро III Арагонского, а несколько позже Бонифатий VIII — против римского аристократического семейства Колонна, превратив в крестовый поход заурядную файду» (позднелат. faida, от древневерхненем. fehida, от fehan — ненавидеть — в средние века в странах Западной Европы — частная феодальная война, начатая пострадавшей стороной для отмщения обиды. — Б. П., Е. П.) [35, с. 279].

Перейти на страницу:

Похожие книги

1812. Всё было не так!
1812. Всё было не так!

«Нигде так не врут, как на войне…» – история Наполеонова нашествия еще раз подтвердила эту старую истину: ни одна другая трагедия не была настолько мифологизирована, приукрашена, переписана набело, как Отечественная война 1812 года. Можно ли вообще величать ее Отечественной? Было ли нападение Бонапарта «вероломным», как пыталась доказать наша пропаганда? Собирался ли он «завоевать» и «поработить» Россию – и почему его столь часто встречали как освободителя? Есть ли основания считать Бородинское сражение не то что победой, но хотя бы «ничьей» и почему в обороне на укрепленных позициях мы потеряли гораздо больше людей, чем атакующие французы, хотя, по всем законам войны, должно быть наоборот? Кто на самом деле сжег Москву и стоит ли верить рассказам о французских «грабежах», «бесчинствах» и «зверствах»? Против кого была обращена «дубина народной войны» и кому принадлежат лавры лучших партизан Европы? Правда ли, что русская армия «сломала хребет» Наполеону, и по чьей вине он вырвался из смертельного капкана на Березине, затянув войну еще на полтора долгих и кровавых года? Отвечая на самые «неудобные», запретные и скандальные вопросы, эта сенсационная книга убедительно доказывает: ВСЁ БЫЛО НЕ ТАК!

Георгий Суданов

Военное дело / История / Политика / Образование и наука
Брежневская партия. Советская держава в 1964-1985 годах
Брежневская партия. Советская держава в 1964-1985 годах

Данная книга известного историка Е. Ю. Спицына, посвященная 20-летней брежневской эпохе, стала долгожданным продолжением двух его прежних работ — «Осень патриарха» и «Хрущевская слякоть». Хорошо известно, что во всей историографии, да и в широком общественном сознании, закрепилось несколько названий этой эпохи, в том числе предельно лживый штамп «брежневский застой», рожденный архитекторами и прорабами горбачевской перестройки. Разоблачению этого и многих других штампов, баек и мифов, связанных как с фигурой самого Л. И. Брежнева, так и со многими явлениями и событиями того времени, и посвящена данная книга. Перед вами плод многолетних трудов автора, где на основе анализа огромного фактического материала, почерпнутого из самых разных архивов, многочисленных мемуаров и научной литературы, он представил свой строго научный взгляд на эту славную страницу нашей советской истории, которая у многих соотечественников до сих пор ассоциируется с лучшими годами их жизни.

Евгений Юрьевич Спицын

История / Образование и наука
Политбюро и Секретариат ЦК в 1945-1985 гг.: люди и власть
Политбюро и Секретариат ЦК в 1945-1985 гг.: люди и власть

1945–1985 годы — это период острой политической борьбы и интриг, неожиданных альянсов и предательства вчерашних «верных» союзников. Все эти неизбежные атрибуты «большой политики» были вызваны не только личным соперничеством кремлевских небожителей, но прежде всего разным видением будущего развития страны. По какому пути пойдет Советский Союз после смерти вождя? Кто и почему убрал Берию с политического Олимпа? Почему Хрущев отдал Крым Украине? Автор книги развенчивает эти и многие другие мифы, касающиеся сложных вопросов истории СССР, приводит уникальные архивные документы, сравнивает различные точки зрения известных историков, публицистов и политиков. Множество достоверных фактов, политические кризисы, сильные и противоречивые личности — это и многое другое ждет вас на страницах новой книги Евгения Спицына.

Евгений Юрьевич Спицын

История / Образование и наука