Читаем Пока горит звезда полностью

— Черт тебя возьми! Я тебе дело говорю, а ты мне шутки! Илларион, я не клоун, и тебе давно пора понять, что у меня плохое чувство юмора!

— С вашей работой, товарищ генерал, все допускаю. Не удивлюсь, если в следующий раз я загадаю желание, открою глаза и увижу вас в своей комнате.

Забродов хоть и чувствовал, что генерал сердится на него за неуместные шутки, но все не мог остановиться, словно собака какая цапнула.

— С каких это пор ты заделался юмористом, Забродов? — сухо спросил генерал.

— С тех пор, как начал работать в ГРУ.

Генерал Федоров насупился и замолчал.

«Должно быть, обиделся, — подумал Илларион. — Наверно, я перегнул палку. Но и он тоже хорош. Пришел без предупреждения, как будто у меня нет никаких дел. Я уже столько раз ввязывался в эти сомнительные авантюры, что когда-нибудь с этим надо покончить. Или у меня такое предназначение, что я каждый раз должен кого-то спасать и наказывать преступников, будучи обыкновенным гражданином?»

— Вот что Илларион. Дело нешуточное. За деньгами никто так и не пришел.

— Чья рука хоть?

— Неизвестно. Сорокин об это дело уже все зубы обломал. Ни свидетелей, ни улик, только двести тысяч долларов, порубленные тела и рука.

— Какой же интерес в этом деле у ГРУ? — усмехнулся Забродов. — Это работенка для МУРа.

— А вот здесь ты не прав, Илларион. ГРУ до всего есть дело. Часто только кажется, что преступление заурядное и не требует нашего вмешательства. Но никто просто так не станет убивать нелегалов. Тем более таким способом.

— Сорокин, бедняга, на коньяке с валидолом, наверно, сидит. Я-то думаю, чего он не звонит, да не заходит, а тут вот что оказывается…

— Отработаны все версии. И все тупиковые. Однако есть подозрения, что за этим убийством могут стоять какие-то преступные группировки. Сам знаешь, чего-то не поделили, вот и решили учинить резню.

— Воспитательную работу провели на отлично, раз никто не поймал.

— Я смотрю, Забродов, тебе все весело.

— А чего грустить? — спросил Илларион. — Живу тихо и мирно, никого не трогаю, читаю свою библиотеку. Мне, товарищ генерал, есть чем заняться.

Генерал Федоров, пропустив его реплику мимо ушей, продолжил:

— Медицинский центр строит девелоперская компания, которой руководит Артур Орбели. Слыхал про такого?

— Откуда я знаю, кто это, — проворчал Илларион. — Сейчас вон сколько этих коммерсантов развелось. Каждый второй — мошенник, по которому тюрьма плачет, да еще и не русский.

— Армянский бизнесмен. Сорокин его допрашивал.

— И?

— И ничего. Ему ничего неизвестно об обстоятельствах этого дела. По крайней мере, он так говорил. И естественно он хочет, чтобы мы нашли виновных и не поднимали шумихи.

— Добрый дядечка, однако. Ищет справедливости. Тут как раз все понятно. Он не хочет, чтобы ему мешали зарабатывать деньги.

— Мне все равно, чего хочет этот Орбели! — вскипел генерал Федоров. — Но ты, Илларион, не забывай о том, что если появятся новые жертвы, то это будет и на твоей совести! И ты сам прекрасно об этом знаешь!

И генерал Федоров не мешкая вышел из комнаты, давая понять, что разговор закончен. Илларион не мог припомнить, когда в последний раз видел его таким сердитым.

«Придется отложить визит к Пигулевскому, раз такое дело. Генерал действительно прав. Если произойдет еще одно такое убийство, то и я буду за это в ответе. Пускай я и на пенсии, — рассуждал Забродов, — но фору этим ментам еще дам. Слабенькие они какие-то, при всем моем уважении к Сорокину. Их закон и право эффективны только на бумаге, когда же наступает время решительных действий, они устраивают мышиную возню и тыкаются во все стороны, как слепые котята».

Илларион, услышав, что генерал Федоров ушел, хлопнув за собой дверью, вернулся в ванную, где смыл остатки пены с лица и наклеил бактерицидный пластырь на свежий порез на щеке.

В коридоре он позвонил Пигулевскому.

— Марат Иванович, право, мне очень неловко, но я вынужден отложить свой визит. Вмешались непредвиденные обстоятельства.

— Ничего страшного, Илларион. Все мы люди…

— Извини меня еще раз, Марат Иванович.

— Илларион, может для тебя отложить кое-какие книги? Я могу их еще подержать, чтобы ты посмотрел.

— Буду очень признателен.

На душе у Забродова кошки скребли. Как-то неловко он чувствовал себя перед Пигулевским. Тот его ждал-ждал, а Забродов, получается, вроде как обманул его: не приехал ни вчера, ни сегодня.

К Сорокину дозвониться было гораздо труднее. Забродов звонил ему битый час, но у того все было занято. За это время Илларион успел позавтракать и прочитать несколько глав книги об Иване Грозном.

Когда он все-таки дозвонился, то первым делом гаркнул:

— Это у тебя что, секс по телефону, полковник? Решил подзаработать?

— Хоть бы поздоровался для начала, — упрекнул его Сорокин. — И врагу такого секса не пожелаю, какой у меня сейчас был.

— Я в курсе, полковник. Могу маленько подсобить, глядишь, вдвоем и справимся. Вытащу у тебя занозу из задницы.

— Мне уже скоро начальство поставит очистительную клизму.

— Понятно, что такой «глухарь» никого не украсит. У меня тут имеются кое-какие соображения, полковник, только сам понимаешь, не по телефону.