Фернандо медленно шёл в сторону Берлоги. Он словно только что перенёс открытую операцию на сердце. На что он надеялся? Что Дени благословит его на великие свершения? Что она не будет плакать и умолять его остаться? В его память навсегда врезалось её лицо, какой он видел Дени в последний раз – страдающее, заплаканное, с глубокими морщинами и покрасневшими глазами, полными слёз. Как сильно эта Дени отличалась от той сияющей Денизы Соул, которую Фернандо впервые увидел на дне рождения весной! И эту живую, несчастную Дени он любил в десять раз сильнее.

– Чуваак, где тебя черти носят?! – ему навстречу со всех ног бежал Джастин, – ты на время смотришь?! Вертолёт через двадцать минут!

Джастин быстро втолкнул Фернандо в большой фургон, где снова собрались все обитатели Берлоги.

– Макс, гони! – крикнул гитарист. Их толстый ди-джей Макс резко дёрнул рычаг сцепления, и фургон рванул с места с поразительной резвостью. Вертолёт вылетал с военной базы, которая, как всегда, находилась в самом дальнем конце острова.

– Макс – лучший водила! – крикнул кто-то.

– Да ладно! – крикнули ему в ответ, – ты просто не хочешь, чтобы Макс занимал много места в фургоне!

Жители берлоги, как обычно, потешались. Неожиданно Джастин достал из-под сиденья большой чёрный футляр и протянул его Фернандо:

– Держи, это тебе!

– Боже, это… это гитара! – в потрясении воскликнул парень.

– Конечно, гитара! – усмехнулся Джастин, – моя лучшая акустика! Я заметил, что у тебя даже гитары нет, чувак, так нельзя!

Фернандо с восхищением оглядывал гладкий кожаный футляр и тёмный блестящий корпус новой гитары.

– Спасибо! – восхищённо выдохнул он.

– Береги себя! – ответил Джастин.

Вертолёт уже стоял на военной базе, загружая в себя стайку туристов в пёстрых майках.

– Держи! – Джастин дал Фернандо большое кожаное портмоне, – здесь билеты на пароход и деньги, какие мы тебе собрали. Там не особо много, но на первое время хватит. Следи, чтобы не украли!

– Спасибо! – Фернандо по очереди обнял каждого жителя берлоги. За один последний день в Тринити у него появилось больше друзей, чем за все восемнадцать лет!

Фернандо последним забрался в вертолёт, и ему досталось место у самой двери. Парень поразился, сколько вещей тащили с собой туристы! Он в свою новую жизнь взял лишь небольшой рюкзак да подаренную гитару!

– Все сели?! – крикнул пилот, задраивая двери.

– Да!

– Поехали!

Зарокотали лопасти вертолёта, Фернандо увидел, как мощный порыв воздуха обдал его друзей, которые всё ещё стояли и махали ему внизу. И у него сердце ушло в пятки, когда вертолёт качнулся и начал плавно отрываться от земли.

"Чувак, только не урони нас!"– напряжённо думал Фернандо, глядя на пилота.

Всё меньше и меньше становилась земля, и вот уже фигурки, махавшие снизу, превратились в крохотные точки. Набрав высоту, вертолёт ненадолго завис, после чего вдруг резко накренился вперёд и вбок. "Падаем!!!"– в ужасе подумал Фернандо, хватаясь за всё подряд, но вертолёт всего лишь делал разворот, описывая широкую дугу над островом. Несколько туристов тоже вскрикнули, и только пилот был спокоен, как стог сена. В его огромном лобовом окне всеми красками расцветало закатное небо. "Красивая работа у парня!"– вдруг подумал Фернандо.

Выровняв машину, пилот повёл её в сторону открытого океана. Такой родной и милый Тринити в иллюминаторе становился всё меньше – теперь он напоминал сказочный венок из тропических растений, плывущий по огромному океану. А вертолёт летел всё дальше, навстречу ветру и неизведанному.

Часть 2. Скиталец

Глава 6. На тёмных улицах

Поздно ночью пароход «Саньяго» причалил в огромном порту Лос-Анигоса, и Фернандо возблагодарил всех богов. Всё мучительно-долгое когда-нибудь заканчивается!

Это путешествие оказалось ужасным. «Сантьяго» был старой посудиной, плюс билет Фернандо подразумевал путешествие в самой дешёвой каюте в трюме возле кормы. Там не было иллюминаторов – гроб да и только, воняло соляркой, но самое отвратительное – в этой каюте не подразумевалось даже туалета! Под кроватью для всех на свете целей стояло обычное цинковое ведро. К середине своего мерзкого путешествия Фернандо использовал это ведро лишь для одной цели – и то лишь потому, что у него больше не было сил подняться на палубу.

Из-за постоянной качки его мучила страшная морская болезнь, которая началась сразу, как только «Сантьяго» покинул порт Парадизо. Первую ночь Фернандо решил остаться на палубе, пока из-за слабости и сильной качки чуть не упал за борт. Хорошенькое начало – остаться посреди океана, так и не доплыв до Лос-Анигоса! Ни одна душа на корабле не обращала внимания на несчастного ослабевшего паренька на корме, вряд ли кто-то поднял бы тревогу, вывались Фернандо в океан посреди ночи. К тому же, ночью сильно похолодало, а в каюте, не смотря на вонь, было тепло.