Читаем Поймать Джордан полностью

Потом учительница дает нам всю эту ерунду, типа одеялец, колясок, игрушек и прочих вещей, которые нужны детям. Сначала мисс Боннер говорит, что мы должны таскать с собой эту дрянь всю неделю! Но потом она объясняет основное задание. Очевидно, в этих детей встроены компьютерные чипы, которые заставляют их плакать время от времени, и тогда мы должны будем кормить их или менять подгузники. Кормление включает засовывание в их игрушечный рот металлический стержень, который заглушает крики. Если мы вытащим металлический стержень перед тем, как игрушечный ребенок поест, он снова начнет плакать. Наши дети должны остаться счастливыми и живыми до пятницы... Целых пять дней! Поэтому даже если ребенок заплачет посреди ночи, мы должны встать и накормить ребенка или поменять подгузник. И жульничество - не вариант, потому что чип памяти внутри ребенка делает записи, которые учительница проверит в конце недели.

Это задание такое глупое. Как будто у меня когда-нибудь будут дети. Как будто меня когда-нибудь трахнут. Готова поспорить, я могла бы уломать своего мануального терапевта написать записку, в которой будет сказано, что электронные импульсы, исходящие от ребенка, являются причиной, вызывающей рак, который сожрет мои кости, и это сделает меня бесполезной на футбольном поле. Подождите...

- Но, мисс Боннер, - говорю я, - что мы с Генри должны делать во время футбольной тренировки?

Генри кладет руку мне на плечо.

- Все хорошо, дорогая. Вот для чего нужны бабушки с дедушками и младшие игроки.

Мисс Боннер взмахивает руками. К счастью для нее, звенит звонок. У Генри уходит невероятное количество времени, чтобы усадить Джерри Райса в нашу коляску. Потом мы выходим из класса, идя в раздевалку с подгузниками в рукам. По пути мы встречаем Картера и Джей Джея, которые умирают со смеху.

- Заткнитесь! - говорит Генри. - Вы разбудите Джерри Райса.

- Джерри Райса? - говорит Картер, закрывая рот рукой. Не думаю, что видела, чтобы Картер смеялся так сильно.

- Картер, хочешь быть крестным? - спрашивает Генри. - Знаешь, в случае, если что-нибудь случиться со мной и Вудс на этой неделе?

- Очаровательно, - говорит Картер. - Сочту за честь. Джей Джей будет крестной?

- Очевидно же, - говорю я.

- Могу я подержать Джерри Райса? - спрашивает Джей Джей. - Он такой милый.

- Ни за что, чувак, - отвечаю я. - Я не хочу разбудить эту штуку перед тренировкой. Мы опоздаем, если нам придется его кормить.

- Что он ест? - спрашивает Картер.

- Я должен кормить его грудью, потому что я мама, - говорит Генри, продолжая толкать коляску к раздевалке.

- Вообще-то, - говорю я, - он питается металлическим стержнем, сделанным из свинца. Так что мы учимся, как травить детей.

- Радикал, - говорит Джей Джей, когда мы подходим к спортивному залу, где Тай стоит с Кристен, говоря и опираясь о стену. Когда Тай видит меня, он отталкивается от стены и подходит к нам, оставляя Кристен одну. О чем они разговаривали? Господи, почему я не поцеловала его вчера? Тогда мне не пришлось бы переживать, почему он говорит со шлюхой по имени Кристен Маркум.

- Привет, ребят, - говорит Тай, заглядывая в коляску. - Что, черт возьми, это за штука? Отродье Сатаны?

- Последи за языком! - говорит Генри. Он становится серьезным, обнимает меня за плечи и притягивает ближе. - Ты говоришь о нашем ребенке.

Тай улыбается, а потом смотрит на Джерри Райса.

- Его глаза пугают меня. И я знал, что между вами что-то происходит.

- Ты прав, - говорит Генри. - Вудс - мой муж, а я - ее жена.

Картер и Джей Джей снова начинают смеяться, а потом проходят в раздевалку через спортивный зал, оставляя меня, Тая, Генри и Джерри Райса. Ну и, конечно же, ужасную Кристер Маркум, которую едва ли можно назвать человеком.

- Вудс? Есть секунда? - спрашивает Тай.

- Конечно.

- Наедине? - Тай смотрит на Генри и Джерри Райса, и я киваю Генри.

- Хорошо, - говорит Генри, закатывая глаза. - Разводись со мной, если должна, Вудс. Не могу поверить, что я был замужем лишь полчаса, а уже мать-одиночка, - Тай придерживает дверь в спортивный зал, чтобы Генри мог провезти коляску. Я хихикаю, смотря, как он несет все эти подгузники, идя через спортивный зал. Кристен все еще здесь, стоит и смотрит на меня, скрестив руки. Очевидно, что она умирает от ревности.

- Кристен... Я потом с тобой поговорю, - говорит Тай, отбрасывая волосы со лба. - Нам с Вудс нужно поговорить о футболе.

- Хорошо, - говорит она, внезапно улыбаясь и вставая на носочки. - Пока, Тай! - она обнимает его и уходит.

Пытаясь не блевануть, я спрашиваю:

- Что случилось?

- Прости насчет вчерашнего... За то, как я захлопнул дверь твоего грузовика, и все остальное. И я даже не поблагодарил тебя за то, что взяла на игру. Это был один из лучших дней в моей жизни.

Засовывая руки в задние карманы джинс, я киваю.

- Без проблем. Готов идти на тренировку?

- Почти, - говорит он, кладя руку на мое плечо, останавливая меня. Он снова попытается поцеловать меня?

- Ну, ты и Генри, ну... Знаешь.

- Что?

- Ну, знаешь, вы вместе?

- Конечно, нет. Мы лучшие друзья уже десять лет.

- О... Понял. Просто порой вы кажитесь нечто большим.