Читаем Пойма полностью

Я увидел, как дрожат плечи у доктора Тинна. Доктор Тейлор слегка изменился в лице. Он ненадолго опустил взгляд, потом снова поднял и сосредоточился на трупе.

Доктор Стивенсон сказал:

— Теперь я осмотрел её получше и думаю, что это проделки ягуара.

— Ну да, ягуары — они ведь тоже любят людей колючкой к деревьям приматывать, как и кабаны, — возразил папа. Я заметил, как у доктора Тинна изменилось выражение лица. Папины слова ему явно понравились.

— Это-то я понимаю, — теперь тон доктора Стивенсона сделался резче. — Я к тому веду, что задрал её ягуар, а потом кто-то другой проходил мимо, какие-то чернокожие мальчишки — вот они-то и привязали её к дереву.

— Зачем это? — спросил папа.

— Да так, для потехи. А почему бы и нет? Ты ведь и сам был когда-то мальчишкой. Сделал хоть раз какую-нибудь глупость, а, констебль?

— Да кучу раз. Но чего-то подобного творить точно не стал бы, и не представляю, какой бы мальчишка стал бы.

— Может, белый и не стал бы. И послушай, Тинн, я ничего такого в виду не имею. Тебя-то я знаю. Ты-то парень нормальный. Только цветной — это вовсе не то же, что белый. Уж это тебе известно. Где-то в глубине души — так уж наверняка. Чёрт возьми, есть ведь такие вещи, от которых никакой цветной не удержится, и я считаю, неправильно держать на вас, цветных, зло за любую ерунду, какую бы вы ни совершили. Мальчишки-то ни о чём дурном и не помышляли. Просто поозоровать охота взяла. Ну, знаете, это как найти дохлую рыбу и таскать её за собой за хвост.

— Дохлая рыба — это вам не женщина, — сказал папа.

— Да, но не кажется ли тебе, что парочка цветных ребят отлично провела бы время, развлекаясь с голой негритянской девчонкой?

— Доктор, — сказал папа, — вы пьяны. Вам бы погулять где-нибудь, проветриться.

— Да всё со мной нормально.

Доктор Тейлор, который до этого молчал, проговорил:

— Доктор, похоже, вы и впрямь хлебнули лишку. Надо бы мне отвести вас домой.

— На черта? — ответил доктор Стивенсон. — И сам управлюсь!

Слыхал я о том, как его жена подала на развод и сбежала, а так как он всегда казался мне злобным как гадюка, то не сказать чтобы я её в чём-то винил.

— Вам бы передохнуть, — посоветовал доктор Тейлор.

— Мне и тут прекрасно отдыхается, да где хочу, там и буду!

Я заметил, как доктор Тейлор посмотрел на папу и покачал головой, как бы показывая, что извиняется.

— Не желаю вас тут видеть, — заявил папа. — Ступайте куда-нибудь да протрезвитесь.

— Чё сказал?!

— А я что, неясно выразился? Ступайте куда-нибудь да протрезвитесь.

— Значит, так ты со мной разговариваешь перед этими цветными ребятами?

— Эти люди уже много лет как не ребята. А разговариваю я только с вами, и точка.

— Это уж всяко за рамками твоих полномочий!

— Я разве сказал что-то про арест? Седлайте коня да скачите в жопеня!

— Я на машине.

— Это фигура речи такая, болван вы этакий!

— Болван? Ты меня болваном назвал?!

Папа обернулся и двинулся на доктора Стивенсона.

— Назвал. Я только что назвал тебя болваном. Прямо в лицо. Сейчас. Здесь. Будто мало того, что у нас тут женщину убили, и притом убил не какой-нибудь там долбаный ягуар. Будто этого мало? Нет, надо ещё сцепиться нам тут над её мёртвым телом! Убирайся, пока я тебе волшебного пенделя не прописал!

— Да я ещё никогда…

— Немедленно. Прочь. Тейлор, выставьте его за дверь.

Доктор Тейлор дотронулся до руки доктора Стивенсона, но тот её отдёрнул:

— И без собаки-поводыря обойдусь!

И, видимо пытаясь выказать дух противоречия, доктор Стивенсон молодецки отхлебнул виски из горла и, пошатываясь, направился к выходу. Прямо перед дверью обернулся и пригрозил:

— Я этого тебе не забуду, констебль!

— Что ж, я-то про тебя уже, считай, позабыл, а как только сгинешь за дверью, так совсем позабуду.

Доктор Стивенсон помедлил, потом объявил:

— Ну, в таком случае я вас покидаю. Посмотрим, что вам удастся выяснить у этого мальчишки. Поверить не могу — как это вообще степень доктора дали цветному? Для меня ты никакой не доктор, ниггер! Слышишь?

— Идите уже, — сказал доктор Тейлор.

— Оставь меня в покое, — огрызнулся доктор Стивенсон. И вышел за дверь.

Я взглянул на Ричарда, затем на Абрахама. Оба расплылись в улыбках. Мы опять прильнули к дыре.

— Вы уж за него простите, — вздохнул доктор Тейлор. — У него ведь жена сбежала. До сей поры так и не оправился.

— Он не из тех, кто может оправиться.

— Это я его уговорил приехать, — сказал доктор Тейлор. — Подумал, может, подсобит чем-нибудь. Ну и, кажется, мне самому было любопытно.

— Весьма признателен, — ответил папа. — Но вам бы лучше за ним приглядеть.

Его слова прозвучали как любезность, но папа явно хотел, чтобы доктор Тейлор тоже убрался из ледохранилища.

— Ладно, — кивнул доктор Тейлор и удалился.

Папа сказал:

— Доктор, не желаете ли осмотреть пациента и высказать своё мнение?

— А как же, — ответил доктор Тинн.

Поставил сумку на край стола, открыл. Сказал:

— Билли-Рэй, а зажги-ка мне фонарь.