Читаем Погибшая страна полностью

Под стекляризованный шатер проникли водолазы. Ибрагимов впервые усвоил основы последних достижений инженерии. Между теотоном и водным слоем залегла полуметровая полость.

От Иванова не скрылось его изумление, и он объяснил ему:

— Вы думаете, мы могли бы свободно входить сюда, если бы не наш теотон? Теотон обладает свойством отталкивания. Именно потому образовалась эта полость Не будь ее, свод моментально раздавило бы глубинным давлением. Но мы постоянно нейтрализуем давление на предметы, с которыми здесь соприкасаемся.

Начиналась интереснейшая часть раскопок: электросверла уже пронизывали гранитную стену.

Оглянувшись, Ибрагимов увидел, что «Фантазер» поднимался на поверхность.

— Здесь мы остались только вдвоем, — сказал Ибрагимову стоявший рядом геолог: — Электроход отвели в сторону. Вдруг случится какая-нибудь катастрофа… при вскрытии полости. Нами-то можно пожертвовать, а вот — судном?..

В тоне его сквозила ирония.

Ибрагимов хотел сказать что-то. В это время Иванов провел в гранитной плите последнюю борозду. С тяжким громом, почти возле их ног свалилась выпиленная глыба. Густой струей с шипеньем вырвался пар. Маленькие шаровидные молнии, как мыльные пузыри, медленно закружились у входа в пещеру. В белесых клубах холодного воздуха скрылись очертания предметов.

— Это бывает! — услышал физиолог голос руководителя экспедиции. — Давно заметили: когда заводские котлы дают трещины, выходящий пар рождает энергию, и стенки котлов заряжаются электричеством. Точно то же мы наблюдаем сейчас и здесь…

Он звякнул рапирой о дно.

— Вот вам и громоотвод… Смотрите!

Светящиеся шарики тотчас потянулись к шпилю и с треском полопались.

— Ну, а теперь идем!

Судорожным движением он сбросил с себя водолазный костюм и принял вид, в котором Ибрагимов не видел его с момента отплытия с Моледевских островов.

— Будьте как дома, товарищ! — пробасил он в микрофон, направляясь к пещерной бреши.

В мягких лучах ручного прожектора склеп вдруг засветился.

Сбывалось то, о чем так мечтал Ибрагимов…

В густом тумане они различали полукруглые своды пещеры, опирающиеся на несколько грандиозных колонн: Каждая из, них представляла собой редчайший памятник архитектуры допотопного человечества. Вылепленные из гипса рисунки поражали своим изяществом, непонятными нашей культуре формами… Среди неизвестных науке изображений вымерших животных встречались фигуры пещерных медведей и мамонтов. Но эти гиганты представлены были не в виде устрашающих, непобедимых зверей, а в виде существ, уже побежденных человеком.

Вот два охотника, вооруженных копьеобразными предметами, мечут над исполинами зигзагообразные стрелы, напоминающие формой своею молнии! Вот человек один на один нападает на занесшего раздвоенный зубчатый хвост дракона и поражает его той же смертельной стрелой!..

Путешественники застыли в оцепенении. Вряд ли такие, вещи мог допустить даже всегда фантазирующий Ибрагимов. В этом не тронутом стихией сооружении они узнавали руку культурного человека.

Клубы пара, растаяв, осели. Окружающее вырисовывалось отчетливей. Под ногами находился бетонный пол. Широкая одинокая трещина обнажала блестящий пласт никеля.

— Никель употребляется против разъедающего действия морской воды! — вскричал геолог. — Следовательно, строители этого склепа считали возможным нашествие моря!

Он резко ударил молотком по стене. Небольшой кусок затвердевшей породы отвалился. Из-под него вновь сверкнула никелевая прослойка.

Колонны не позволяли разглядеть всю пещеру. Путешественники, сдерживая охватившее их любопытство, медленно двинулись в обход.

Отовсюду смотрели непонятные изваяния. Каждый шаг, каждый метр пространства таил следы культуры, существовавшей минимум двадцать пять тысяч лет тому назад.

Пещера состояла из трех комнат, соединенных друг с другом прорубленными в стенах дверями. Посредине второй комнаты возвышался каменный пьедестал.

По широким ступенькам исследователи поднялись к его вершине. На каменной плите головой к югу лежала деревянная человеческая статуя. Под уцелевшей эмалевой краской сохранилась художественная резьба. Статуя изображала одетую в цветистый саван женщину. На ее голове покоилась изящная повязка, украшенная жемчугом.

Ибрагимов взглянул в лицо изваяния. Сквозь слой эмали на него тускло смотрели угасшие янтарные глаза. Коричневатая окраска кожи, густые черные брови, выточенный тонкий нос и несколько выдавшиеся скулы представляли средний между монгольской и египетской расами тип. Затаив дыхание, Ибрагимов не спускал глаз с застывших черт женщины и мысленно переносился во времена ее жизни, читая в каждом мазке художника, в малейшем предмете ее украшений быт древней эпохи. Сколько тысячелетий лежала эта мумия на дне?!

Вечная тишина, фантастическое убранство склепа, своеобразный порядок, введенный когда-то неведомыми руками — все настраивало путешественников на торжественно-созерцательный лад. Странные письмена, сходные со знаками, обнаруженными на скале, виднелись па гранях орнамента. Количество их говорило о том, что они заключали в себе целые сказания.