Читаем Поэты и цари полностью

В 1900 году у Дмитрия обнаружился туберкулез, и семья переезжает в Тифлис. Жизнь в Тифлисе дешева, да еще отец устроился работать в Северное страховое общество. Новая их квартира даже роскошна: каменный дом со швейцарами, электричество, цветы. А 1-я тифлисская гимназия не хуже столичных. Вот здесь Николай совсем перестает хворать и будет готов к карьере путешественника. А рачительные родители подкопят деньжат и купят под Рязанью имение Березки – маленькое, всего в 60 десятин. Для здорового летнего отдыха: в Тифлисе очень жарко.

В пятом классе гимназии Гумилев учится средне, а по греческому дошло до переэкзаменовки. Зато тетрадка стихов все толще и толще. Романтики и поэты – люди недисциплинированные и скуки не любят. В 1901 году стихотворение Гумилева увидело свет в «Тифлисском листке», местной газете. Пятнадцатилетний юноша выступает в роли то ли Эмерсона, то ли Торо. Стихотворение называется «Я в лес бежал из городов». Юноша очень некрасив, но изыскан. Его необычная внешность и английские манеры (а застенчивость он скрывает под надменностью) начинают увлекать девушек. Гумилев будет вести себя как заправский Дон Жуан: напишет стихотворение и скажет трем-четырем девушкам, что «это посвящено тебе». Каждой скажет. В Тифлисе будет волочиться сразу и за Воробьевой, и за Мартене. (Потом уже волочиться не будет: главе цеха акмеистов дамы станут вешаться на шею.) В Тифлисе юноша ходит в мягкой войлочной шляпе и с ружьем. Да еще поэт! Что еще девушке надо?

В начале 900-х годов Гумилев в первый и последний раз увлечется политикой. Всему виной революционная тифлисская молодежь. У национальной окраины были свои причины недолюбливать власти метрополии. А наш Николай привык быть первым. Прочел он «Капитал», пару брошюр и стал в Березках агитировать рабочих поселка и мельников. Агитировать он умел за что угодно. Сагитировал. Губернские власти испугались и попросили гимназиста уехать из Березок. А гимназисту надоело, он начисто забыл про Маркса и революцию и до 1917 года не вспоминал. Он до такой степени не разбирался в политике, что в 1904 году едва не уехал на японский фронт. Вспомнил игру в солдатиков. Война для него была частью поэзии. Насилу родные и друзья отговорили, объяснив ему всю бессмысленность этой бойни. И еще в 1907 году он писал Брюсову, что получил номер газеты «Раннее утро» со своим стихотворением, но не мог понять направления газеты…

В 1903 году семья возвращается в Царское Село. И Гумилев поступает в седьмой класс Николаевской гимназии, к поэту и драматургу И.Ф. Анненскому, который там директорствовал. И вот в том же 1903 году он знакомится с Анной Горенко, будущей великой Ахматовой. Они встречаются на катке, на балах, в театрах. Оба странные, оба поэты, оба не от мира сего. Холодная, недоступная Анна и застенчивый романтик Гумилев. Теперь стихи посвящаются ей одной. Два декадента наконец встретились. С 1905 года (никакой Пресни, никаких баррикад они оба не заметили) Гумилев стал бывать в доме Анны и даже подружился с ее братом Андреем. Андрей первый понял, какой талант таится в стихах декадента и сноба Николая. И тут же, в октябре 1905 года, другой подарок: на деньги родителей издается первая книга поэта, «Путь конквистадора». И Брюсов, будущий «попутчик» большевиков, пишет рецензию на книгу будущего их противника в журнале «Весы». А ведь Брюсов – признанный модернист, мэтр. Он слегка поругал, но и похвалил. Гумилева «заметили». «Романтические цветы» будут изданы в Париже в 1908 году. Этот сборник будет куда лучше. А в 1912 году выходит книга «Чужое небо», и ругать уже не за что. Хочется пасть ниц. И читать, читать, читать… Здесь их пути с Брюсовым начнут расходиться…

Перейти на страницу:

Похожие книги

Эра Меркурия
Эра Меркурия

«Современная эра - еврейская эра, а двадцатый век - еврейский век», утверждает автор. Книга известного историка, профессора Калифорнийского университета в Беркли Юрия Слёзкина объясняет причины поразительного успеха и уникальной уязвимости евреев в современном мире; рассматривает марксизм и фрейдизм как попытки решения еврейского вопроса; анализирует превращение геноцида евреев во всемирный символ абсолютного зла; прослеживает историю еврейской революции в недрах революции русской и описывает три паломничества, последовавших за распадом российской черты оседлости и олицетворяющих три пути развития современного общества: в Соединенные Штаты, оплот бескомпромиссного либерализма; в Палестину, Землю Обетованную радикального национализма; в города СССР, свободные и от либерализма, и от племенной исключительности. Значительная часть книги посвящена советскому выбору - выбору, который начался с наибольшего успеха и обернулся наибольшим разочарованием.Эксцентричная книга, которая приводит в восхищение и порой в сладостную ярость... Почти на каждой странице — поразительные факты и интерпретации... Книга Слёзкина — одна из самых оригинальных и интеллектуально провоцирующих книг о еврейской культуре за многие годы.Publishers WeeklyНайти бесстрашную, оригинальную, крупномасштабную историческую работу в наш век узкой специализации - не просто замечательное событие. Это почти сенсация. Именно такова книга профессора Калифорнийского университета в Беркли Юрия Слёзкина...Los Angeles TimesВажная, провоцирующая и блестящая книга... Она поражает невероятной эрудицией, литературным изяществом и, самое главное, большими идеями.The Jewish Journal (Los Angeles)

Юрий Львович Слёзкин

Культурология
Древний Египет
Древний Египет

Прикосновение к тайне, попытка разгадать неизведанное, увидеть и понять то, что не дано другим… Это всегда интересно, это захватывает дух и заставляет учащенно биться сердце. Особенно если тайна касается древнейшей цивилизации, коей и является Древний Египет. Откуда египтяне черпали свои поразительные знания и умения, некоторые из которых даже сейчас остаются недоступными? Как и зачем они строили свои знаменитые пирамиды? Что таит в себе таинственная полуулыбка Большого сфинкса и неужели наш мир обречен на гибель, если его загадка будет разгадана? Действительно ли всех, кто посягнул на тайну пирамиды Тутанхамона, будет преследовать неумолимое «проклятие фараонов»? Об этих и других знаменитых тайнах и загадках древнеегипетской цивилизации, о версиях, предположениях и реальных фактах, читатель узнает из этой книги.

Борис Георгиевич Деревенский , Энтони Холмс , Мария Павловна Згурская , Борис Александрович Тураев , Елена Качур

Культурология / Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Детская познавательная и развивающая литература / Словари, справочники / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
Homo ludens
Homo ludens

Сборник посвящен Зиновию Паперному (1919–1996), известному литературоведу, автору популярных книг о В. Маяковском, А. Чехове, М. Светлове. Литературной Москве 1950-70-х годов он был известен скорее как автор пародий, сатирических стихов и песен, распространяемых в самиздате. Уникальное чувство юмора делало Паперного желанным гостем дружеских застолий, где его точные и язвительные остроты создавали атмосферу свободомыслия. Это же чувство юмора в конце концов привело к конфликту с властью, он был исключен из партии, и ему грозило увольнение с работы, к счастью, не состоявшееся – эта история подробно рассказана в комментариях его сына. В книгу включены воспоминания о Зиновии Паперном, его собственные мемуары и пародии, а также его послания и посвящения друзьям. Среди героев книги, друзей и знакомых З. Паперного, – И. Андроников, К. Чуковский, С. Маршак, Ю. Любимов, Л. Утесов, А. Райкин и многие другие.

Зиновий Самойлович Паперный , Коллектив авторов , Йохан Хейзинга , пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ

Биографии и Мемуары / Культурология / Философия / Образование и наука / Документальное