Читаем podzreki полностью

Еще одно известие сильно огорчило Вику – ее помощница Алсу, - маленький, но надежный тыл, - написала заявление об увольнении. Алсу предложили место в государственной конторе. «Вряд ли там будут сокращения и задержка зарплаты. К тому же, я там мне без проблем уйду в декрет», - пояснила помощница. После ее ухода на душе у Вики стало совсем тоскливо и пусто. Она часто сидела, уставившись в одну точку и размышляя. Если бы только Джорджио приехал и забрал ее… Сейчас конец ноября. Если бы не было кризиса, Джорджио уже был бы здесь. У нее тоже бы тогда сразу началась своя жизнь. С каким удовольствием она бы бросила все и уехала к нему, в Италию! Окунулась бы в семью, в домашние дела… Ну почему он ее не зовет? Неужели кризис сможет им помешать быть вместе?

Вика вытерла навернувшиеся слезы, отогнала свои страхи прочь и задумалась над другой проблемой. Ей нужно предложить Седых свою схему вывода предприятия из кризиса. Эта схема выведет и ее и предприятие из-под удара, и закроет все старые грешки. Иначе воз горящей соломы действительно окажется на ее плечах и плечах Татьяны Николаевны…

Глава 42

Было начало десятого. Вика постучалась, вошла. В кабинете шефа она была не одна. Седых, окруженный начальниками отделов, в это момент говорил с нотками превосходства в голосе:

- Вообще, кризис – это время когда деньги не только теряют, но и делают. Сколько уж схем работает и кто-то уже себе хорошенько урвал… А мы все сидим! Ходите ко мне плакаться… Придумывайте, давайте, лучше, как нам каждому по состоянию сколотить!

Колесникова поймала растерянные и где-то даже виноватые взгляды присутствующих, устремленные на шефа, и кашлянула, сообщая о своем присутствии. 

Поймав кивок начальства, она села рядом с остальными.

- Виктория Алексеевна, я тут подумал, посоветовался… - начал шеф. - Пока мы не будем начинать реорганизацию по плану, что вы предложили.

- Что за план? – громко спросил Кашкин. Вика пояснила:

- Открыть новую фирму и перевести туда сотрудников опять на серые зарплаты. Слить туда же все здоровые части бизнеса и кредит в Сбере. Я разговаривала со Сбербанком, - те согласились. А в старой конторе оставим неликвид и оставшиеся кредиты. Хоть под банкротство ее пустим. И разбираться будем по тем долгам отдельно, - создадим для этого рабочую группу. Сменим там предварительно учредителя и директора.

- Я вообще думаю, что не надо было нам закрывать кредиты в ряде банков и возвращать им деньги, - вмешался шеф. - Зачем мы это сделали? Разве нам это было выгодно?

- Просто «кинуть» банки? Такой цели не было. И потом, там за каждый день просрочки штрафы и пени. И процент бешенный. Мы же все предварительно обсуждали… - выдохнула Вика. – По каждой операции садились и обсуждали все «за» и «против»…

- Не надо было мне все-таки тебя слушать и разрешать гасить транши!

Вика внимательно посмотрела на Седых.

- Хорошо. Ну не погасили бы и что дальше?

- Что дальше? Что дальше? Нашли бы уж, что с деньгами делать! 

Девушка опустила взгляд в пол, сказала:

- Что сделано – то сделано. Хорошо, от моего плана вы отказываетесь. Как будем работать дальше?

- Как раньше работали, так и сейчас. Что изменилось то?

Финансовый директор хмуро кивнула и вышла. 

В обед к Вике подошла Татьяна Николаевна, - та сообщила, что ее только что уволили.

- Со мной ваше увольнение не согласовали, - медленно протянула Вика, - на ее лице заиграли желваки. Главный бухгалтер лишь хмыкнула и поделилась подробностями:

- Вызвали «на ковер» к шефу. Там Крюкова долго возмущалась, что денег вы в контору больше не носите. Толку от вас, как от финансового директора, - ноль. И я, мол, уже старая. Пенсию получаю. Меня можно под зад коленом в целях сокращения расходов. Кашкин согласился. Седых подписал.

Вика молчала, уставившись в крышку стола. Татьяна Николаевна же заметила с улыбкой:

- А я даже рада, что так все случилось. Слишком опасно. И вы подсуетитесь, - документы нужные соберите. Чтоб было в случае чего чем прикрыться.

Финансовый директор пробормотала, глядя все так же в одну точку:

- Бумажками я сразу подстраховалась. Дело не только в этом. Крюкова права. Мне тут действительно делать больше нечего...

 С этими словами Вика потянулась за чистым листком и ручкой.

Глава 43

Получив расчет, неожиданно для себя Вика оказалась в вакууме. После бури наступил полный штиль. От Джорджио вестей не было. Знакомые, родители время от времени позванивали, - когда же они познакомятся с ее будущим спутником жизни? «Скоро!» - сухо отвечала девушка и с еще большим напряжением вглядывалась в телефон. Но ни звонков, ни смс не приходило. Чем дальше, тем больше у Вики сосало под ложечкой. Неужели, бросил?! Обманул?!!! Не может такого быть!!! Просто не может! Девушка старалась отогнать мысль о предательстве прочь и ждала. Большую часть дня Вика спала, - ее постоянно клонило в сон. «Организму просто требуется отдых после нервотрепки», - успокаивала она себя. Пообедав, затем помыв посуду за собой, она садилась к телевизору. Затем наступало время ужина. Так прошло несколько недель...

Перейти на страницу:

Похожие книги

Презумпция виновности
Презумпция виновности

Следователь по особо важным делам Генпрокуратуры Кряжин расследует чрезвычайное преступление. На первый взгляд ничего особенного – в городе Холмске убит профессор Головацкий. Но «важняк» хорошо знает, в чем причина гибели ученого, – изобретению Головацкого без преувеличения нет цены. Точнее, все-таки есть, но заоблачная, почти нереальная – сто миллионов долларов! Мимо такого куша не сможет пройти ни один охотник… Однако задача «важняка» не только в поиске убийц. Об истинной цели командировки Кряжина не догадывается никто из его команды, как местной, так и присланной из Москвы…

Лариса Григорьевна Матрос , Андрей Георгиевич Дашков , Вячеслав Юрьевич Денисов , Виталий Тролефф

Боевик / Детективы / Иронический детектив, дамский детективный роман / Современная русская и зарубежная проза / Ужасы / Боевики
Книжный вор
Книжный вор

Январь 1939 года. Германия. Страна, затаившая дыхание. Никогда еще у смерти не было столько работы. А будет еще больше.Мать везет девятилетнюю Лизель Мемингер и ее младшего брата к приемным родителям под Мюнхен, потому что их отца больше нет – его унесло дыханием чужого и странного слова «коммунист», и в глазах матери девочка видит страх перед такой же судьбой. В дороге смерть навещает мальчика и впервые замечает Лизель.Так девочка оказывается на Химмель-штрассе – Небесной улице. Кто бы ни придумал это название, у него имелось здоровое чувство юмора. Не то чтобы там была сущая преисподняя. Нет. Но и никак не рай.«Книжный вор» – недлинная история, в которой, среди прочего, говорится: об одной девочке; о разных словах; об аккордеонисте; о разных фанатичных немцах; о еврейском драчуне; и о множестве краж. Это книга о силе слов и способности книг вскармливать душу.

Маркус Зузак

Современная русская и зарубежная проза
Обитель
Обитель

Захар Прилепин — прозаик, публицист, музыкант, обладатель премий «Национальный бестселлер», «СуперНацБест» и «Ясная Поляна»… Известность ему принесли романы «Патологии» (о войне в Чечне) и «Санькя»(о молодых нацболах), «пацанские» рассказы — «Грех» и «Ботинки, полные горячей водкой». В новом романе «Обитель» писатель обращается к другому времени и другому опыту.Соловки, конец двадцатых годов. Широкое полотно босховского размаха, с десятками персонажей, с отчетливыми следами прошлого и отблесками гроз будущего — и целая жизнь, уместившаяся в одну осень. Молодой человек двадцати семи лет от роду, оказавшийся в лагере. Величественная природа — и клубок человеческих судеб, где невозможно отличить палачей от жертв. Трагическая история одной любви — и история всей страны с ее болью, кровью, ненавистью, отраженная в Соловецком острове, как в зеркале.

Захар Прилепин

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Роман / Современная проза