Читаем Подвойский полностью

Его очень беспокоило положение семьи, которая осталась без средств к существованию. А ведь недавно родился четвертый ребенок — дочь Ниночка. В первом же письме из тюрьмы он написал жене: «Дорогая Нина! Мой арест принесет тебе ужасную боль... Я должен с тобой немедленно увидеться, чтобы передать тебе ведение своих работ на это время. Обратись сразу же в охранное отделение за разрешением свидания... Пусть мой арест не сломит твоей энергии». В следующем письме он просит ее: «Пиши мне ежедневно, пусть пишут дети».

...Нудно и трудно шли допросы, и каждый из них был поединком со следователями. Лишь в феврале 1917 года состоялся суд, приговоривший Николая Ильича к ссылке.

Перед отправкой в Сибирь начальство дало три дня для сборов, свидания и прощания с семьей. Николай Ильич, выйдя из тюрьмы, увидел заполненные народом бушующие улицы Петрограда. Не совсем понимая, что происходит, он поспешил на квартиру Олеси. От нее он узнал, что Нина Августовна больше месяца живет здесь, но уже три дня не приходит ночевать, лишь изредка забегает днем. Лева, Лида и Ниночка в Куоккале под присмотром бабушки и няни. ...Вскоре появилась Нина Августовна. Голова ее была перевязана бинтом с ржавыми пятнами крови. Она бросилась мужу на шею:

— Николушка! В Питере революция!

Ни о каком возвращении в «Кресты» Николай Ильич уже не думал. Наскоро перекусив и переодевшись, он бросился на улицу. Там он увидел отряды солдат, матросов, рабочих с красными довязками на рукавах и красными бантами на грудн. Повсеместно шли митинги. Встречались и большие группы «чистой» публики. Перед ними тоже выступали ораторы. Недалеко от Петропавловской крепости Подвойский наткнулся на отряд авто-бронедивизпона, возглавляемый солдатом-болыневиком Г. В. Елиным. Рядом с отрядом темно-,'еленой громадой возвышался броневик.

— Георгий Васильевич! Поясни, пожалуйста, для чего вы здесь? Я прямо из «Крестов»...

— Революция, Николай Ильич! А мы тут... Вот, почт ай!

Елин подал Подвойскому призыв-листовку большевиков Выборгского района. В ней говорилось:

«Товарищи!

Настал желанный час! Народ берет власть в свои руки. Революция началась. Не теряйте ни минуты времени...

Прежде всего выбирайте депутатов... Пусть под защитой войска создается Совет депутатов...

Идите к казармам... Захватывайте все здания, которые могут послужить опорой вашей борьбы».

Николай Ильич прочел листовку быстро, на одном дыхании. Волнение на мгновение сжало горло. Он поднял глаза на Елина:

— Что же вы стоите? Тут же сказано: захватывайте здания, которые могут послужить опорой для борьбы! Вон, рядом почти — особняк. Знаешь чей? Балерины Кшесинской, любовницы царя. На одну такие хоромы! Заводи броневик!

Н. И. Подвойский и Г. В. Елин повели отряд к особняку, выгнали охрану, поставили у входа броневик.

Вскоре в особняке Кшесинской разместились ЦК, ПК и другие учреждения партии большевиков.

ВО ГЛАВЕ ВОЕННОЙ ОРГАНИЗАЦИИ ПАРТИИ

Н. И. Подвойский вышет из тюрьмы в день, когда восстание народных масс, руководимых большевиками, охватило весь Петроград и более 60 тысяч солдат гарнизона перешли на сторону восставших. Трехсотлетняя монархия Романовых рухнула. Большевики призвали рабочих к созданию Совета рабочих депутатов. Вечером 27 февраля в Таврическом дворце появились первые делегаты, избранные на предприятиях. Но в большинстве своем они принадлежали к меньшевикам, эсерам, другим мелкобуржуазным партиям. Их численное превосходство в Совете привело к тому, что председателем Петроградского Совета был избран меньшевик Н. С. Чхеидзе, а его заместителями — меньшевик М. И. Скобелев и трудовик, вскоре объявивший себя эсером, А. Ф. Керенский. Большевики же оказались в Совете в меньшинстве. Произошло это потому, писал В. И. Ленин, что «гигантская мелкобуржуазная волна захлестнула все, подавила сознательный пролетариат не только своей численностью, но и идейно...».

При поддержке эсеро-меньшевистского руководства Петроградского Совета, считавшего, что революция закончена, буржуазия 2 марта образовала Временное правительство во главе с князем Г. Е. Львовым. В стране установилось двоевластие.

В. И. Ленин, проанализировав ситуацию, в «Письмах из далека» указывал, что закончился только первый этап революции, и своеобразие момента состоит в переходе ко второму ее этапу, который должен дать власть рабочими беднейшим крестьянам. «...Никакой поддержки новому правительству, — телеграфировал Владимир Ильич, — ...вооружение пролетариата — единственная гарантия...» Таким образом, вставшему во главе народных масс и сбросившему самодержавие рабочему классу предстояла ожесточенная борьба с буржуазией за установление диктатуры пролетариата.

Исход этой схватки в значительной мере зависел от того, на чьей стороне будет армия. Поэтому сразу же после победы Февральской революции борьба за армию приобрела очень напряженный характер.