Читаем Подводный Терминатор полностью

– Ты заставляешь меня страдать от мук любопытства, Шамс. Когда еще ты вернешься со своего Каспия…

– Очень сожалею, Билл. Но ты же знаешь… Я не люблю рассказывать раньше времени о своих выводах.

– Да, да, конечно… Кстати, Шамс! – Ихтиолог в Бостоне вдруг оживился. – Тебя там, в море, никто не беспокоит?

– Меня? Кому я нужен… Я мирный ихтиолог, Билл. А что случилось?

– Тебе лучше знать, что случилось. У тебя там под боком на Каспии теракты… Чеченские ополченцы добрались и до Каспийского моря.

– Ну, теракты меня не касаются, – отвечал Шамседдин уклончиво.

– Смотри, тем не менее будь осторожен. Эти теракты – серьезная штука. Отзвук их долетел даже до наших берегов…

– До Америки?

– Да… Тут на Нью-Йоркской фондовой бирже опять какие-то проблемы… Я, правда, в этом ничего не смыслю… Но ты знаешь, моя жена… В общем, она ходит как потерянная. Ты посмотри новости по нашему спутниковому каналу, убедишься сам…

Разговор на этом был окончен. Удивленный и еще более озабоченный Шамседдин подключился к спутниковому телеканалу, включил телевизор. Терпеливо ждал, когда подойдет время новостной программы.

Его коллега, ихтиолог из Бостона, не ошибся. Новости с биржи выходили и в самом деле весьма тревожные. В сделках по акциям ТЭК, топливно-энергетического комплекса, наблюдалось затишье, как в кризисные семидесятые годы, индекс Доу-Джонса замер на одной отметке, что приводило к разорению определенной части биржевых игроков. Причина всего этого: ожидание, подпишет ли американский нефтяной концерн «Шеврон» соглашение с Россией о строительстве нефтепровода от Апшеронского полуострова. Продолжавшаяся нестабильность обстановки на Северном Кавказе заставляла руководителей концерна медлить, мучительно вынашивать решение, от которого зависело будущее мировой нефтяной промышленности. Сроки поджимали, и времени на размышления оставалось все меньше. Аналитики называли срок, в который «Шеврон» непременно должен будет принять решение о строительстве нефтепровода, иначе его потери на рынке ценных бумаг окажутся неоправданно велики. Срок этот исчислялся в два дня.

– Два дня… – задумчиво повторил вслух Шамседдин последние слова телевизионного диктора. – В два дня все должно решиться…

Он глянул на лежавшую перед ним шифровку. Куда именно потекут миллиардные долларовые инвестиции, зависело от того, произойдет ли в ближайшие два дня новый теракт на строительстве нефтепровода возле острова Чечень, или все обойдется.

Луна висела над морем огромная, красновато-желтая, словно круг швейцарского сыра, освещая все вокруг неярким, призрачным фосфорическим светом. Белая «Волга» с затемненными стеклами съехала с шоссе, покатила по узкой, но ровной, как стол, асфальтовой дороге, остановилась у ворот роскошного трехэтажного коттеджа, позади которого серебрилась в лунном свете ровная гладь Каспийского моря.

Исмаил, сидевший на переднем сиденье рядом с Исрафиловым, восхищенно причмокнул губами, разглядывая шикарный дом.

– Эта ваша скромная загородная резиденция? – спросил наконец он у чекиста.

– Именно! – исключительно довольный произведенным впечатлением, отвечал Исрафилов. – Скромная хижина на берегу моря.

Они подождали еще некоторое время, наконец Исрафилов сказал:

– Ну что ж, видно, Юсуф куда-то ушел по своим делам… Тем лучше…

Он вышел из машины, пошел сам открывать ворота. «Волга» въехала в ворота коттеджа, тут же свернула налево, обогнула по узкой дороге парк, подобралась к дому с противоположной стороны.

– Там, за домом, у меня гараж, – ответил на вопросительный взгляд Исмаила резидент. – В гараже есть все, что нужно… Ну, сейчас сам увидишь…

Они и в самом деле остановились напротив широкого кирпичного строения с большими стальными воротами. Этот гараж предназначался явно не для одной машины.

Выбравшись из-за руля, Исрафилов подошел, открыл небольшую дверцу в широких воротах гаража, кивнул Исмаилу, чтобы тот следовал за ним.

В гараже под потолком горел электрический свет. Нет, никакой другой машины не стояло там, в этом обширном помещении. Но зато везде были разложены детали и части от разнообразного подводного оборудования, какое только можно придумать. Части от аквалангов, маски, трубки для подводного плавания, ласты. Длинные шланги, словно змеи, свисали с вбитых в стену крючков. Несколько гидрокостюмов, черных, напоминавших снятую кожу огромного черного удава, висело вдоль стены. Комплекты подводного оружия, ружья, пневматические пистолеты с набором игл, фонари химической защиты с набором реактивов к ним. Все это добро было, словно на выставке, аккуратнейшим образом разложено по полкам, специальным ящикам, стоящим вдоль стен. В углу стоял малый компрессор для заправки воздухом баллонов акваланга, а рядом с ним вереницей и сами эти баллоны в количестве не меньше дюжины штук.

– Ничего себе, вот это арсенал! – проговорил восхищенно Исмаил, оглядывая убранство гаража. – Как я вижу, вы большой любитель подводного плавания.

– Есть такое! – отвечал, обнажая зубы в улыбке, Исрафилов. – Подводное плавание – это мой способ релаксации, отдыха от забот по службе…