Читаем Подруга Мародеров (СИ) полностью

И Джейн пулей вылетела за дверь, стараясь унять участившее биение сердце. Это совпадение. Всего лишь неудачное совпадение. Но тогда отчего же так страшно, и перехватило дыхание? И страшно не за себя. За него. За друга. Мысли о еде испарились, как и хорошее субботнее настроение. Джейн бегом спустилась вниз и застала Джеймса, Сириуса и Питера у камина, играющими в шахматы. В другой ситуации Джейн не сдержалась и подколола бы друзей, увидев их за столь интеллектуальной и скучной игрой, но сейчас ей было не до этого.


- А где Римус? - вместо приветствия выпалила она. Джеймс оторвал взгляд от доски, пока Сириус водил в воздухе ладьей, придумывая, куда сходить, и смерил девушку долгим взглядом.

- И это вместо «привет, мальчики, как ваши дела»? - хмыкнул он.

- Я и так вижу, что у вас все прекрасно, - отмахнулась Джейн. - Так что? Мне кто-нибудь ответит, где Рем? Он в библиотеке?

Джеймс поджал губы, но вместо него ответил Питер:

- С самого утра ушел в больничное крыло. Чтобы не вызвать подозрений. А для всех он уехал к тетушке на выходные.

- Спасибо, Хвостик, - улыбнулась Питеру Джейн и скорее побежала прочь из гостиной. Сириус и Джеймс проводили ее слегка оторопелыми взглядами.

- Ничего себе! - присвистнул Блэк. - Какое рвение.

- О чем она вообще думает? - пробурчал Джеймс, вновь поворачиваясь к шахматной доске. - Ее никто не пустит, она даже знать не должна, что он там.

- Ничего, значит, скоро вернется. Она никогда не подставит Римуса. Никогда, - отозвался Питер. Джеймс пронзил его взглядом. Сириус с насмешкой посмотрел на раздраженного Поттера, а потом кивнул сам себе, будто бы только что убедился в очередной раз, что он в чем-то был прав. И в самых уголках темных глаз промелькнула грусть.


Джейн спешила. Ей казалось ужасно важным увидеть Римуса до того, как он перевоплотится, поговорить с ним. Чтобы развеять все эти дурацкие мысли, лезшие в голову после слов Амелии. Она не знала, стоило ли рассказать Лунатику о предсказании Джойс и Траутен или промолчать, но в мозгах засела настойчивая мысль - если она увидит друга сейчас, то все будет хорошо, и ничего плохое не случится. Но дойдя до больничного крыла, Джейн задумчиво остановилась. Как она могла прийти, ведь по всеобщей легенде Римус уехал из Хогвартса? А мадам Помфри ни за что не пустит ее, пока он там, а не в хижине под Ивой. Ведь никто не должен раскрыть его секрет. Необходимо было что-то придумать. Джейн развернулась и медленно побрела обратно, затем остановилась и уселась на подоконник. На соседнем окне что-то шаркнуло. Этот звук вывел девушку из размышлений. Она поднялась и прошла вперед, к источнику звука. На подоконнике сидела девушка со светлыми волнистыми волосами, довольно милая и симпатичная. На носу пара веснушек. Эмблема на груди свидетельствовала о том, что это гриффиндорка. Да Джейн и сама вспомнила ее лицо. Она пряталась напротив них с Люпином в гостиной во время взрыва и единственная кроме них осмелилась выглянуть из-за укрытия, чтобы понять, что произошло тогда. И так пересекались пару раз. Кажется, пятикурсница.


- Привет, - поздоровалась Джейн, так как девушка ее, похоже, не замечала. Она думал о чем-то своем, и, судя по лицу, мысли эти не были веселыми.

- А, привет, - отозвалась та, поднимая на Джейн глаза, нежно-бирюзового оттенка. Как морской бриз.

- Послушай, э… ты не могла бы помочь мне? - решительно начала Картер, решив обойтись без предисловий. - Мне нужно попасть в больничное крыло, а там мадам Помфри.

Девушка непонимающе покачала головой, не улавливая, куда клонит нахальная старшекурсница.

- Короче, ты не могла бы выманить ее как-нибудь. Мне нужно хотя бы десять минут. Ладно, пять.

Девушка спрыгнула с подоконника. Она была почти такого же роста, как Джейн.

- Ладно, - согласилась она. Мелодичный голос, полный грусти. - Если это так важно, я попробую.


Вместе девушки добрались до больничного крыла. Джейн спряталась за углом, а незнакомка направилась к дверям. Стук. Потом голоса. Джейн не разобрала, о чем говорили, но вот уже мадам Помфри и пятикурсница прошествовали куда-то по коридору. Едва их спины скрылись за поворотом, Джейн сорвалась с места и подбежала к дверям.


- Заперто! - ругнулась она и достала палочку. Но ни алохомора, ни другие известные ей заклинания не помогли. Тогда Джейн пошла на последний шаг - забарабанила в дверь.

- Лунатик! - позвала она. - Это я, Джейн. Слышишь! Рем!

Раздались тихие шаги. И затем негромкий голос:

- Джейн? Что-то случилось с ребятами?

- Нет. Я… Я просто хотела услышать тебя, - Джейн не могла, не могла сказать ему об этом дурацком предсказании! Он бы принял его близко к сердцу, волновался еще больше, чем обычно, переживал. И в итоге вообще запретил бы ей появляться сегодня в хижине.

- Джейн, - голос Люпина звучал глухо из-за двери, - у тебя все в порядке?

- Да. То есть нет… то есть да, - Джейн зажмурилась, прижимаясь лбом к двери. - Я не знаю, Рем. Не знаю.

За дверьми раздался какой-то грохот. И потом вновь голос друга:

- Это из-за Джеймса? Он обидел тебя?

- Нет, нет, - поторопилась ответить Джейн. - Скажи, что все будет хорошо.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Смерть сердца
Смерть сердца

«Смерть сердца» – история юной любви и предательства невинности – самая известная книга Элизабет Боуэн. Осиротевшая шестнадцатилетняя Порция, приехав в Лондон, оказывается в странном мире невысказанных слов, ускользающих взглядов, в атмосфере одновременно утонченно-элегантной и смертельно душной. Воплощение невинности, Порция невольно становится той силой, которой суждено процарапать лакированную поверхность идеальной светской жизни, показать, что под сияющим фасадом скрываются обычные люди, тоскующие и слабые. Элизабет Боуэн, классик британской литературы, участница знаменитого литературного кружка «Блумсбери», ближайшая подруга Вирджинии Вулф, стала связующим звеном между модернизмом начала века и психологической изощренностью второй его половины. В ее книгах острое чувство юмора соединяется с погружением в глубины человеческих мотивов и желаний. Роман «Смерть сердца» входит в список 100 самых важных британских романов в истории английской литературы.

Элизабет Боуэн

Классическая проза ХX века / Прочее / Зарубежная классика
Шаляпин
Шаляпин

Русская культура подарила миру певца поистине вселенского масштаба. Великий артист, национальный гений, он живет в сознании современного поколения как «человек-легенда», «комета по имени Федор», «гражданин мира» и сегодня занимает в нем свое неповторимое место. Между тем творческая жизнь и личная судьба Шаляпина складывались сложно и противоречиво: напряженные, подчас мучительные поиски себя как личности, трудное освоение профессии, осознание мощи своего таланта перемежались с гениальными художественными открытиями и сценическими неудачами, триумфальными восторгами поклонников и происками завистливых недругов. Всегда открытый к общению, он испил полную чашу артистической славы, дружеской преданности, любви, семейного счастья, но пережил и горечь измен, разлук, лжи, клеветы. Автор, доктор наук, исследователь отечественного театра, на основе документальных источников, мемуарных свидетельств, писем и официальных документов рассказывает о жизни не только великого певца, но и необыкновенно обаятельного человека. Книга выходит в год 140-летия со дня рождения Ф. И. Шаляпина.знак информационной продукции 16 +

Виталий Николаевич Дмитриевский

Биографии и Мемуары / Музыка / Прочее / Документальное