Читаем Подруга Мародеров (СИ) полностью

- Просто вспомнил, что завтра сдавать эссе по истории магии, а у меня еще ни строчки. И Джейн отказывается мне помогать. Так что прямо не знаю, как быть.

- Да у нее самой тоже еще ничего не сделано, - поделился Джеймс, радуясь, что друг вновь стал собой. Подхватив свои сумки с учебниками, ребята бросились догонять убежавших вперед друзей.


Вечером Джейн корпела над эссе по истории магии, у нее ничего не получалось, глаза слипались, а мозги явно ушли в забастовку, отказываясь включаться. Рядом сидел Римус, с серьезным видом углубившись в чтение огромной книги, в попытке выудить оттуда какую-нибудь полезную информацию. Питер втиснулся между ними и то и дело ветрел головой, заглядывая через плечи в чужие сочинения. Его пергамент был практически чист. Чуть в стороне, на ковре у камина развалились Джеймс и Сириус. Они притащили из кухни еды и сейчас с набитыми ртами обсуждали что-то в полголоса, иногда взрываясь смехом. После очередного приступа веселья друзей, Джейн с завистью бросила на них взгляд и тяжело вздохнула.


- Ну, и кто этим красавчикам делает эссе? - ни к кому конкретно не обращаясь, спросила она. Римус оторвался от книги и тоже обернулся к камину.

- Сириус попросил Амелию, - спокойно ответил он. Джейн не сдержалась и хмыкнула. А взглядом быстро нашла засевшую в углу со свитками пергамента Джойс.

- А Сохатый?

Люпин чуть заметно улыбнулся, возвращаясь к своей работе.

- А у Сохатого еще впереди целая ночь и прорицания. Успеет что-нибудь написать. В первый раз, что ли.


Джейн лишь поджала губы и вернулась к работе. В принципе, она могла попросить помочь Лили, умная и добрая староста вряд ли отказала бы нерадивой подруге в помощи, но Джейн не хотелось. Отчасти от того, что пришлось бы выслушать очередную нотацию о себе и друзьях, отчасти отчего-то еще.


Стоило подумать об Эванс, как дверной проем открылся, и в гостиную вошла сама рыжеволосая девушка в компании Алисы. Помахав Джейн и Римусу рукой, Лили заняла одно из кресел в противоположном конце и, разложив на столике тетрадки, принялась что-то писать. Алиса примостилась рядом, о чем-то мило щебеча. Наверно, о Фрэнке. Кажется, все вокруг уже знали, что парочка Алиса и Фрэнк любят друг друга, и только эти двое все никак не решались переступить порог дружбы и признаться в своих чувствах. Невольно Джейн отметила, как при появлении Лили ухмыльнулся Сириус и что-то шепнул Джеймсу. Поттер тут же обернулся, и лицо его озарилось глупой улыбкой. Рука на автомате дернулась к волосам - проверить, не слишком ли они прилично выглядят. Спина сразу выпрямилась, как и плечи. Будто бы Джеймс хотел показаться выше и взрослее для нее.


- Эй, Эванс! - заорал Джеймс на всю гостиную. Лили подняла голову и приветливо улыбнулась под смешок Алисы.

- Чего тебе, Поттер?

- Как дела?

- Хорошо.

- Хорошо.


Разговор был явно закончен. Да и орать через всю гостиную - не лучший вариант для романтических бесед, пусть даже Джеймса не смутило бы это. Джеймса прежнего. Но он менялся. Лили опустила голову, возвращаясь к своей работе. Джеймс еще пару секунд туманным взором поглядел в ее сторону и тоже отвернулся. Все это время Джейн пристально наблюдала за ним. И лишь когда Сириус повернул голову, и их взгляды встретились, быстро уткнулась в свое эссе. Римус мягко улыбался.


- Сохатый даже не позвал ее на свидание, а ведь на следующей неделе первый в этом году поход в Хогсмид, - подметил Хвост, уловив момент, чтобы переписать пару строк из работы Джейн.

- Должно быть, он понял, что оставаясь прежним, у него мало шансов. Нужно что-то менять, - отозвался Люпин. - Он взрослеет. Ради нее.


Джейн поморщилась. «Ради нее». Почему-то эти слова обожгли ей горло. «Ради нее». Девушка усиленно помотала головой, стараясь отогнать лишние мысли. Если она постоянно будет отвлекаться, то не закончит это дурацкое эссе и к выходным.


- А зачем вас с Лили вызывала Макгонагал? - спустя пару часов поинтересовалась Джейн, с тяжелым вздохом принимаясь за очередной абзац. Стрелки на часах показывали уже почти полночь. Люпин, к этому времени уже дописавший свое эссе, учил трансфигурацию. Питер все так же возился с боку, вымучивая из себя каждую строчку.

- Да, ничего особенного, - ответил Римус, отрываясь от учебника. - Просто предупредила, что в связи с нынешней ситуацией с Волан-де-Мортом нужно быть осторожнее самим и лучше следить за младшими, дисциплинировать, не пускать в лес. В общем, стандартный набор указаний от Дамблдора и Филча. Просто все обеспокоены тем, что происходит снаружи замка, и пытаются лучше контролировать жизнь внутри.


Джейн ничего не ответила, лишь кивнула и мельком взглянула в сторону камина. Джеймс и Сириус что-то с усердием чертили на бумаге, иногда взмахивая полочками, будто заколдовывали ее для чего-то.


- Рем, - Джейн отложила перо, посчитав, что ее эссе закончено. Она и так выжала из себя все, что только могла.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Смерть сердца
Смерть сердца

«Смерть сердца» – история юной любви и предательства невинности – самая известная книга Элизабет Боуэн. Осиротевшая шестнадцатилетняя Порция, приехав в Лондон, оказывается в странном мире невысказанных слов, ускользающих взглядов, в атмосфере одновременно утонченно-элегантной и смертельно душной. Воплощение невинности, Порция невольно становится той силой, которой суждено процарапать лакированную поверхность идеальной светской жизни, показать, что под сияющим фасадом скрываются обычные люди, тоскующие и слабые. Элизабет Боуэн, классик британской литературы, участница знаменитого литературного кружка «Блумсбери», ближайшая подруга Вирджинии Вулф, стала связующим звеном между модернизмом начала века и психологической изощренностью второй его половины. В ее книгах острое чувство юмора соединяется с погружением в глубины человеческих мотивов и желаний. Роман «Смерть сердца» входит в список 100 самых важных британских романов в истории английской литературы.

Элизабет Боуэн

Классическая проза ХX века / Прочее / Зарубежная классика
Шаляпин
Шаляпин

Русская культура подарила миру певца поистине вселенского масштаба. Великий артист, национальный гений, он живет в сознании современного поколения как «человек-легенда», «комета по имени Федор», «гражданин мира» и сегодня занимает в нем свое неповторимое место. Между тем творческая жизнь и личная судьба Шаляпина складывались сложно и противоречиво: напряженные, подчас мучительные поиски себя как личности, трудное освоение профессии, осознание мощи своего таланта перемежались с гениальными художественными открытиями и сценическими неудачами, триумфальными восторгами поклонников и происками завистливых недругов. Всегда открытый к общению, он испил полную чашу артистической славы, дружеской преданности, любви, семейного счастья, но пережил и горечь измен, разлук, лжи, клеветы. Автор, доктор наук, исследователь отечественного театра, на основе документальных источников, мемуарных свидетельств, писем и официальных документов рассказывает о жизни не только великого певца, но и необыкновенно обаятельного человека. Книга выходит в год 140-летия со дня рождения Ф. И. Шаляпина.знак информационной продукции 16 +

Виталий Николаевич Дмитриевский

Биографии и Мемуары / Музыка / Прочее / Документальное