Читаем Поднимается буря полностью

Вечером воскресенья Анастасия показала Дронову служебную записку, полученную ее «дядей» от смежного отдела Штази. В записке сообщалось, что уже пару недель среди городских низов распространяются слухи о некой «акции возмездия» за убийство русского посла. Сейчас же слухи окрепли, начали расходиться и среди порядочных обывателей, обросли деталями. Один из полицейских информаторов доложил, что некие молодые люди, говорящие с русским акцентом, интересовались возможностью купить зажигательную смесь или компоненты для нее. К выходным в шепотках уже мелькало слово «Рейхстаг», а также почти как несомненный факт утверждалось, что все это затевают патриотично настроенные молодые люди из семей русских отставников, живущих в Берлине.

– Ну, ты понимаешь… – с кислой миной буркнула Настя, когда майор прочитал это место вслух.

– Угу. Тайное общество офицерских сынов…

– …Не слушающихся папу и маму. – Девушка фыркнула, поправила упавшую на лоб челку. – Настолько тайное, что аж невидимое.

– Хорошо, что мы завели там знакомства, – улыбнулся Николай, подняв взгляд на сыщицу. – Интуиция тебя не подвела.

– Это все без того похоже на провокацию, – передернула плечами Анастасия. – Смотри, как быстро и единовременно возникли слухи. Такие дела обычно готовятся долго, особенно если их готовят дилетанты. Информация начинает утекать с первых дней, кто-нибудь распускает язык еще на стадии задумки. Место утечки удается определить со временем – кабачок, где кто-то впервые проболтался, общежитие студентов, где впервые начали болтать… Потому все обычно и проваливается. А тут смотри – уже зажигательную смесь покупают. И слухи пошли разом со всех концов Берлина. И – ни одного имени, заметь. Ни кто покупает, ни у кого… Нет, Коля, это кто-то поработал за хорошую плату. Дядя Готфрид тоже так думает. А я теперь немного знаю эту самую русскую «военную диаспору». Мы с тобой знаем. Можешь себе представить скорых на расправу патриотов-террористов с зажигательными бомбами среди них? Даже из числа молодежи?

– Мм… Нет, – мотнул головой Дронов. – Никак.

– Вот именно, – вздохнула девушка. – Они все слишком… бюргеры. Не знаю, как по-русски сказать.

– Я понял. Но что нам делать? Опять ждать?

– Нет, Коля. – Сыщица тронула дужку очков двумя пальцами и очень нехорошо ухмыльнулась. Даже по своим меркам. – Есть у меня кое-какие мысли… Когда слухами вместо полиции занялись в Штази, там быстро установили первых распространителей. Мелкий криминалитет в основном, некоторые даже на полицию подрабатывают осведомителями. Утром мы с тобой навестим столичное управление криминальных расследований и запросим содействия…

Так они и оказались в невзрачном экипаже, курсирующем по самым грязным улочкам столицы Рейха. Вместе с берлинскими сыщиками они искали вполне конкретного человека.

– Вижу его, – сказал кучер, наклоняясь к слуховому окошку. – Готовьтесь винтить.

Сыщики почти синхронно надели круглые шляпы-котелки, переглянулись, кивнули друг другу. Экипаж резко вильнул вбок и въехал на тротуар, подпрыгнув на бордюре. Как только он остановился, Настя распахнула дверцу. Полицейские ураганом вылетели наружу, схватили под локти оторопевшего мужчину в потертой одежде и рабочей кепке, закинули его внутрь кареты, влезли следом. Анастасия закрыла за ними дверь, и экипаж сорвался с места. Все это заняло, по ощущениям Николая, секунды три – настолько сноровисто действовали сыщики.

Агенты в штатском вернулись на диванчик, усадив свою «добычу» посредине, стиснув бедолагу с боков и крепко держа его за руки. Сидящая напротив Настя подалась вперед и без замаха врезала пленнику кулаком по почкам.

– Ох… – согнулся тот. Выдавил жалобно: – З… за что?

– За вранье, – пояснила девушка, откидываясь на спинку и складывая руки на груди.

– Аванс, – добавил один из полицейских. – А мы тебе еще в отделении добавим до полной суммы. Если упираться станешь.

– Да что я… – запнулся пленник. – Это же три недели назад было! Чего сейчас-то хватать?

– Что там три недели назад было, ты нам расскажешь отдельно, – хмыкнул сыщик в штатском, обменявшись взглядами с коллегой. – А теперь отвечай на вопросы фройляйн. И вежливо. Будешь хамить – получишь двойное жалованье прямо щас. Пиво пить не сможешь – не во что будет.

– Ч… чего угодно прекрасной госпоже? – пролепетал пленник, втягивая голову в плечи. Сарказма в его словах заметно не было – похоже, с перепугу несчастный малость перегнул с вежливостью.

– Ты у нас – Фриц Медный Грош, по бумагам Бергер, сын Отто и Марии Бергеров, верно? – неожиданно вполне дружелюбно поинтересовалась Анастасия, глядя на мужчину с легкой, приятной улыбкой.

– Да. П… польщен. Прямо… столько знаете обо мне… – все еще испуганно таращился пленник на сыщицу. Он к тому же был меньше ее ростом и хлипче сложен, несмотря на довольно изящную фигурку девушки.

– Занимаешься мелкими поручениями для воровских шишек, но не кражами, как правило, так?

– Так.