— Слишком большую честь? Они варвары! — резко возразил комендант Линь. Он взял свою фарфоровую чашу и отпил горячего, пряного чая. — Они не понимают, что такое честь.

— Возможно, — ответил Тай, стараясь говорить бесстрастным тоном.

Потом он рассказал им о конях и смотрел, как они оба реагируют.

Глава 4

— Где они? Эти кони?

Конечно, это был правильный вопрос. Комендант побледнел. Он явно усиленно соображал, попутно борясь с возбуждением. Опыт не очень-то помогает справиться с некоторыми новостями. Слишком глубокие, горизонтальные морщины прорезали сейчас его лоб. Линь Фун казался испуганным. Тай не совсем понимал причину, но это было заметно. Каньлиньская женщина-воин, напротив, оставалась спокойной — внимательная, но невозмутимая.

Однако Тай когда-то жил на горе Каменный Барабан. Он видел, что это лишь поза, способ заставить себя успокоиться, имитируя спокойствие. А это означало, что она не была спокойной. Она очень молода, эта Вэй Сун, вдруг понял он. Моложе, чем была убийца. Вероятно, она ровесница его сестры.

— У меня их нет, — просто ответил он.

Глаза Линь Фуна вспыхнули:

— Я видел, как вы приехали. Я это знаю.

Раздражение бывает у некоторых людей реакцией на неожиданность.

— Вы никогда не доберетесь до двора живым с сардийскими конями, если у вас не будет военного сопровождения, — заметила женщина. — А тогда вы будете в долгу у армии.

Молодая, но у нее быстрый ум.

Комендант бросил на нее злобный взгляд.

— Вы все в долгу у армии. Неплохо бы об этом помнить.

Начинается, подумал Тай.

Старая-старая сказка о народе Катая и его соперниках. Мелкие княжества, воюющие друг с другом, когда-то давно; честолюбивые мужчины и женщины при императорском дворе сейчас. Военные губернаторы, префекты, мандарины девяти рангов, религиозные ордена, дворцовые евнухи, юристы-советники, императрицы и наложницы, и так далее, и так далее… — все они стремятся возвыситься, толпясь вокруг императора, а император — это солнце.

Он вернулся в империю всего несколько часов назад, не больше.

Тай сказал:

— Кони будут ждать в крепости по ту сторону границы, недалеко от Хсеня. Мне надо послать письма ко двору с военной почтой, в которых это объясняется.

— Кто за них отвечает? — Комендант пытался продумать ситуацию.

— Один офицер тагуров с перевала над Куала Нором. Это он принес мне известие о подарке.

— Но тогда они могут снова забрать их! Оставить у себя!

Тай покачал головой:

— Только в случае моей смерти.

Он достал из кармана туники первое письмо из Ригиала. В его голове вдруг промелькнуло воспоминание о том, как он читал его у озера, под гомон птиц. Он почти почувствовал ветер.

— Принцесса Чэн-Вань сама его подписала, комендант. Мы должны проявить осторожность и не оскорблять ее предположением, что тагуры могут отобрать ее подарок.

Линь Фун нервно прочистил горло. Он чуть было не потянулся за письмом, но сдержался; проверять подпись было бы проявлением неуважения к Таю. Комендант был вспыльчивым и негибким человеком, но ему была не чужда учтивость, даже здесь, в глуши.

Тай бросил взгляд на женщину. Она слегка улыбалась, забавляясь смущением Фуна, и не пыталась это скрыть.

— Они оставят их у себя, если я не приеду лично, — прибавил Тай. Именно об этом он договорился с Бицаном шри Неспо в конце долгой ночи в хижине.

— А, — подняла голову Вэй Сун. — Вот как вы остаетесь в живых?

— Как я пытаюсь остаться в живых.

Взгляд ее стал задумчивым:

— Трудный подарок, который ставит под угрозу вашу жизнь.

Настала очередь коменданта покачать головой. Казалось, его настроение изменилось.

— Трудный? Это еще слабо сказано! Это… это горящая хвостатая звезда, несущаяся по небу. Доброе предзнаменование или дурное, в зависимости от того, что она пересекает.

— И в зависимости от того, кто читает эти знаки, — тихо произнес Тай. Собственно говоря, он не любил алхимиков и астрологов.

Комендант Линь кивнул:

— Эти кони должны стать великолепным даром — для вас и для всех нас. Но вы возвращаетесь в трудные времена. Синань — опасное место.

— Он всегда был опасным, — согласился Тай.

— А сейчас еще больше, — сказал комендант. — Все будут хотеть отобрать ваших коней. За них вас могут разорвать на части. — Он сделал глоток чая. — У меня есть одна идея.

Он явно усиленно думал. Таю стало его почти жалко: Линь получил назначение в тихий форт на границе, надеялся добиться успеха, поддерживать порядок, служить достойно, подняться выше в свое время.

А тут появляются двести пятьдесят «божественных коней». То есть почти появляются.

И в самом деле — хвостатая звезда. Комета, прилетевшая с запада.

— С благодарностью выслушаю любые ваши мысли, — ответил Тай. Он чувствовал, что снова заговорил официальным слогом; это был способ справиться с тревогой. Он так давно не жил в этом запутанном мире. В любом мире за пределами озера, лугов и могил. Но ему казалось, он знает, что будет дальше. Некоторые ходы в игре можно предвидеть.