– Извини, Ириша, что перебил. Я достал через профсоюз путёвку в пансионат "Дельфин". Это на Каролино-Бугазе. Поедем всей семьёй. Мы, ведь, сидим дома безвылазно, вот и развеемся немножко, погреемся на солнышке, искупнёмся в чистой воде. – Он с гордостью вручил жене путёвку и стал наблюдать, как она её стала изучать, вчитываясь в ровные типографские строчки бланка.
– Это ты хорошо придумал, спасибо, – сделала своё заключение Ирина.
– Знаешь, Ириша, эта женщина, с которой ты меня видела у ЦУМа, действительно моя давняя знакомая по детскому дому. Ты должна понять, что там мы все были, как родственники. Я её встретил случайно, и между нами нет никаких обязательств. – Он обнял жену, привлёк к себе и поцеловал.
– Я поняла, Ник. Я всё поняла, но ты куда-то стал пропадать, как-то вёл себя скрытно?
– Да, я вёл себя скрытно. Я не мог тебя спросить об одной вещи. Уже весь измучился, чего только не передумал. Не хотел тебе ничего говорить, но раз пошли такие откровения, скажу. Когда я делал уборку, перед Восьмым марта, я нашёл под диваном в зале упаковку из-под презерватива. Я не мог поверить, что это ты наследила. На Игоря, тем более, не мог подумать. Вот, и терзался в догадках, и мучился, и ревность звериная пробудилась…
– Дурашка, ты мой. И это всё, что тебя так тревожило, – Ирину пронзила спасительная идея от блеснувшей загадочной мысли. – А, знаешь, Ник, это можно объяснить. Я предполагаю, что этот сюрприз нам оставила моя подружка Валентина, они с мужем у нас одну ночь ночевали. Ты был в рейсе тогда, а они приезжали в Одессу за покупками. Ты должен помнить её. Она, когда-то, ещё на курсы повышения приезжала, и мы вместе гуляли по городу. Игорёк, тоже, тогда был дома. Так, что этому есть объяснение и ты можешь себя не терзать домыслами и догадками.
– Ну, слава Богу, что всё так просто, а я уже не знал, что и думать. Сейчас успокоился, а по началу, даже, сказать страшно, что воображал, – признался Николай и вздохнул. После разговора на эту скользкую тему у него, словно, гора с плеч сошла. Теперь всё стало на свои места, и Николай по-новому стал смотреть на свою любимую жену. После утренних признаний, Ирина, довольная, что всё наладилось, радостная и счастливая ушла на работу, а Николай ещё раз навестил Надю, отдал ей путёвку и снова имел с ней задушевную беседу, после которой, они расстались, как старые добрые друзья, желая друг другу только счастья. Надя призналась, что ей ещё не пришло время для знакомства с женой Николая, и отказалась от поездки в пансионат, но пообещала направить туда Лесю с её бабушкой, предварительно проинструктировав дочь, как она должна себя вести по отношению к Николаю. Теперь все точки над "і" были расставлены, и жизнь потекла совершенно по новому руслу, среди надёжных железобетонных берегов, которые не сможет размыть никакая стихия. Семья – это главное. Так решил для себя Залесский и зачеркнул все свои заблуждения толстой чёрной пеленой, чтобы возврата к прошлому больше не было никогда.
Как и всегда, после весны пришло лето. Июнь выдался, на удивление, сухим и тёплым, словно, сама природа способствовала Залесскому в его плановых мероприятиях. Игорь сдал сессию с положительными оценками и заслужено ушёл на летние каникулы, и только Ирина ещё продолжала работать, ей осталось принять пару экзаменов у старшеклассников и, тоже, можно будет с чистой совестью уходить в отпуск. Николаю было предложение из агентства, где работал знакомый шурина, но оно было срочным, хотя и приемлемым. Однако Залесский его отвергнул. Причина была простой: улетать надо было срочно, и лететь в Таиланд одному, а один он в такие дальние рейсы лететь не хотел, да и страна эта была не совсем благоприятной, ну и в семейной жизни надо было закрепить прочный фундамент, заделывая мелкие щели временных неурядиц. Одним словом, семья осталась в полном составе и все стали отпускниками. Теперь можно достойно отдохнуть, набраться сил и новых впечатлений, благодаря возможности провести две недели у моря, без лишних домашних хлопот.
18