Наталья Ленская

Подельник

Ключ, дрожа, оступился в замке и приземлился в грязную лужицу на рябом линолеуме подъезда. Коврика перед дверью не было, и прямо сейчас в лужицу, помимо ключа, «впадали» следы ботинок дворника Ильяса с налипшими на них комьями снега. Ботинки эти с незавязанными, неловко заправленными внутрь шнурками имели какой-то виноватый, совсем не зимний вид. Ильяс молча нагнулся и со второго или третьего раза подцепил невыдающийся во всех смыслах кусочек металла распухшими, негнущимися с мороза пальцами, кожа на которых местами растрескалась так сильно, что уже не смыкалась. Другой рукой дворник прижимал к себе коричневую обувную коробку с темнеющим мокрым пятном на дне, стараясь держать её повыше от пола, отчего со стороны походил на самолёт, который лёг на крыло. Ильяс выпрямился, обтёр руку с ключом о лоснящуюся спецовку и наконец открыл замок.

В квартире было тихо. Ильяс, не разуваясь, прошёл на кухню мимо единственной комнаты. Почти всё место в ней занимали две двухъярусные кровати со скомканными разномастными простынями и одеялами, увешанные поношенной одеждой. На одной из них на когда-то нежно-розовом полотенце морщились застиранные носки.