Читаем Под сетью полностью

В ту минуту я не мог бы устроить никакой, даже малюсенькой сцены. Я почувствовал слабость и прилег на тахту.

- Так-так, - сказал я мягко. - Значит, ты меня выгоняешь, и притом ради человека, который наживается на чужих пороках.

- Все мы наживаемся на чужих пороках, - сказала Мэдж, напустив на себя ультрасовременный цинизм, что ей очень не шло. - И я и ты, а ты еще используешь даже худшие пороки, чем он. - Это относилось к тому разряду книг, какие я время от времени переводил.

- Кто хоть он есть? - спросил я.

Мэдж заранее пыталась прочесть на моем лице, какое впечатление произведет ее ответ.

- Его фамилия Старфилд, - сказала она. - Возможно, ты о нем слышал. - В глазах ее сверкнуло бесстыдное торжество.

Я напряг мускулы лица, чтобы лишить его всякого выражения. Вот оно что - Старфилд, Сэмюел Старфилд, Святой Сэмми, король букмекеров. Сказать про него "какой-то букмекер" было со стороны Финна некоторой натяжкой, хотя у него и до сих пор еще была контора вблизи Пикадилли и над дверью - его фамилия из электрических лампочек. Сейчас Старфилд занимался всем понемножку в тех сферах, какие доступны его вкусам и средствам: дамские туалеты, ночные клубы, кино, рестораны.

- Понятно, - сказал я. Я не намерен был осчастливить Мэдж бурной демонстрацией. - Где же вы познакомились? Меня это интересует с чисто социологической точки зрения.

- Не знаю, что ты имеешь в виду, - сказала Мэдж. - Но если тебе так уж интересно, мы познакомились в одиннадцатом автобусе.

Это была явная ложь. Я покачал головой.

- Ты избрала карьеру манекенщицы, - сказал я. - Тебе предстоит проводить все время в том, чтобы олицетворять кричащее богатство. - И тут же у меня мелькнула мысль, что такая жизнь, может быть, и не самая скверная.

- Джейк, уезжай, пожалуйста, - сказала Магдален.

- Как бы то ни было, - сказал я, - не здесь же ты будешь жить со Святым Сэмми?

- Эта квартира будет нам нужна, и я хочу, чтобы тебя здесь не было.

Ее ответ показался мне уклончивым.

- Ты сказала, что _выходишь замуж_? - спросил я. Меня снова кольнуло сознание ответственности. У нее не было отца, и я почувствовал себя in loco parentis [в роли отца (лат.)]. Другого locus'а у меня, в сущности, и не осталось. И теперь я сообразил, что Старфилд едва ли захочет жениться на такой девушке, как Магдален. Вешать на нее меховые манто можно было с таким же успехом, как на всякую другую живую вешалку. Но эффектна она не была, как не была ни богата, ни знаменита. Славная, здоровая молодая англичанка, простая и милая, как майский праздник в деревне. У Старфилда, надо полагать, вкусы куда более экзотические и менее матримониальные.

- Вот именно, - сказала Мэдж подчеркнуто и все так же невозмутимо. - А теперь иди укладываться. - Но по тому, как она избегала встречаться со мной взглядом, было ясно, что совесть у нее неспокойна.

Она подошла к книжной полке.

- Тут, кажется, есть твои книги. - И она достала "Мэрфи" и "Pierrot mon ami".

- Освобождаем место для господина Старфилда, - сказал я. - А он читать умеет? И кстати говоря, он знает о моем существовании?

- Допустим, что знает, - увильнула Магдален, - но я не хочу, чтобы вы встречались. Поэтому я и посылаю тебя укладываться. С завтрашнего дня Сэмми будет проводить здесь много времени.

- Ясно одно, - сказал я. - Все зараз я перевезти не могу. Часть вещей я заберу сегодня, а за остальным приеду завтра. - Я не выношу, когда меня торопят. - И не забудь, - добавил я пылко, - что радиола моя. - Мысли мои неотступно возвращались к банку Ллойда.

- Хорошо, милый, - сказала Мэдж, - но если захочешь прийти завтра или позже, сначала позвони, и если ответит мужской голос, клади трубку.

- Какая гадость, - сказал я.

- Да, милый. Такси вызвать?

- Нет! - крикнул я, выходя из комнаты.

- Если Сэмми увидит тебя здесь, - прокричала Магдален мне вслед, когда я уже поднимался по лестнице, - он свернет тебе шею!