Всякая встречаемая переборка была настежь раскрытой. Что странно, ведь ЭВМ в таких случаях наперво изолирует очаг возгорания. Генераторная выглядела нетронуто. Аналогичная копоть поверху. Протонный монстр, видимо, так и не получивший от ЭВМ «Герольда» импульса на запуск. Хотя, вид у него был какой-то… странный. То ли кольцевые контуры изогнулись… То ли… Бурова бы сюда, он быстро разобрался бы что к чему.

В арсенале космопроходцев ожидал сюрприз…

На язык просилось одно слово: «побоище». «Пассажиры» только двух транспортных контейнеров из четырнадцати были относительно целыми – у одного экзотела не хватало части хищной морды, у другого полностью отсутствовала кисть. «Осы» из остальных двенадцати вместилищ валялись тут же, на полу, разобранные на части. Разорвали ли их, или же разобрали, определить было сложно.

Продсклад и хранилище воды оказались пустыми, а медблок – вторым побоищем. Приходилось нагибаться, ведь проёмы и потолки рассчитывались под человеческий рост. Возможность комфортного хождения в экзотелах предусматривалась только от арсенала до внешнего шлюза.

Исследуя отсек за отсеком, космопроходцы добрались до последнего коридора. Направо он вёл в лабораторию, налево – в капсульный отсек.

Лаборатория пребывала в таком же состоянии, что и арсенал с медблоком. Разруха царила полнейшая, были разломаны и вскрыты все без исключения транспортные вместилища, приборы раскрошены, раздавлены, свёрнуты в нечто невообразимое. Немалых габаритов установка рентгеновского микроскопа лишилась некоторых частей и была варварским образом препарирована.

– Бурову придётся пересмотреть свои убеждения по поводу «человека» Макленнора, – констатировал командир, глядя на всё это безобразие. – Да и Бёрду тоже…

Источником чёрного дыма оказался капсульный отсек. А точнее – сами капсулы квантовых приёмников. Космопроходцы вошли, огляделись, на всякий случай проверили изолятор, но тот был пуст.

– Чего-то нехорошее у меня предчувствие, Саныч…

Они открыли первую капсулу. Всего мгновение застывшее в позе эмбриона тело внутри имело форму; проникший воздух тут же превратил его в кучу серого пепла. Не проронив ни слова, люди открыли следующую. Ещё одно тело в позе эмбриона рассыпалось прахом. Космопроходцы огляделись: все четырнадцать капсул были чернее чёрного.

– Все сгорели… – просипел Нечаев.

– Это точно не наши. Не взвод Иконникова. Не учёные, – Подопригора подошёл к настенным нишам, быстро отыскал среди них дежурный оружейный сейф и открыл. Он был пуст.

– Логично, – хмыкнул Роман, глядя на осторожно ворошащего прах Павлова. – Челнок-то Альянса. Сюда он попал позже. Гораздо.

– Выходит, они сами пытались кого-то оправить на Ясную. Но не вышло. Или не вышло в этот раз. К Бёрду вопросов что-то поднакопилось… – Подопригора вскинул оружие. – Пора. Возвращаемся. В следующий раз двинемся к сопкам, там тоже виделось мне кое-что.

С холма все трое скатились. Сначала оступился Павлов, потянув за собой командира, ну а тот в свою очередь не преминул ухватиться за ногу Нечаева. Внизу даже немного посмеялись. Нервно и невесело.

Зато совсем не до смеха было, когда Роберт, шедший позади, вдруг завопил так, что даже хвалёные динамики захрипели. Не прыгни к нему Подопригора, неизвестно чем бы всё кончилось – пески под Павловым внезапно разверзлись, утягивая человека с устрашающей скоростью. Распластавшись, словно белая поверхность под ним была тонким льдом, а не раскалённым песком, Александр Александрович удерживал Роберта, пока на выручку полз Нечаев. Казалось, что незадачливый геолог попросту висит над пропастью – настолько большое усилие чувствовалось в сочленениях экзотела.

– Чтоб тебе… пусто было! – шумно дыша, выдал старое русское проклятье якут, когда его вытянули на более или менее твёрдую поверхность.

– Идём. Не стоит задерживаться.

При входе в лес группа вновь расслышала далёких обезьян-пересмешников. Но на это уже никто не обращал внимания. Либо же чью-то реакцию попросту невозможно было увидеть – маска из соединения осиных жвал сохраняла неживое спокойствие.

Группа углубилась в лес метров на четыреста, когда каждый ощутил сильный, болезненный толчок в мозгу. Импульс несомненно исходил от Ренаты, только психосервер могла послать его на такое расстояние.

Разведчики мгновенно сорвались в бег. Импульс был прост и стар, как тяга человека к исследованию, некогда его породившая.

SOS.

Глава 13. Диверсия

Одно дело идти сквозь эфемерный туман, освещая путь фонарями, другое – бежать. Операторы нейрозвеньев Альянса наверняка проходили целый подготовительный курс, где их обучали простому перемещению в пространстве. В том числе и бегу в экзотелах, что оказалось не такой уж простой задачей.