К моей коже липнет вот уже два месяца омерзительный плевок скрытой правды. Я теперь только и делаю, что вру. Вру моей издательнице, которая любезно интересуется, как у меня дела, вру маме, которая тревожится, что я редко даю о себе знать в последнее время, и спрашивает о планах на ближайшие каникулы, вру отцу, который в конце концов послал рождественские подарки почтой, вру брату и моим дорогим друзьям. Максим, Элиет, Софи, Жанна, Гаспар, Жюльетта, я вру вам всем, простите. Постыдную, дурно пахнущую правду знает только Лора Х. Я позвонила ей тайком по-быстрому, чтобы сказать, что кузен поселился у нас. До сих пор слышу ее изумленный голос в трубке. Она просто не может опомниться. Ну, Амели, и огорошили же вы меня. Слухи о пилотном проекте, совместном детище министерств Семьи и Юстиции, ходили, но она им не верила. Никогда и представить себе не могла, вы слышите, Амели, ни на секунду, что они могут перейти от слов к делу, осуществить подобную меру на практике. Однако, пока все это не выходит за рамки закона и нас ни в чем не обвиняют, она ничего не может для нас сделать. Но она обещала мне провести собственное расследование, связаться с кое-какими знакомыми из Защиты детства. И она это сделала. Спасибо, дорогая Лора. Знать, что вы оберегаете нас на расстоянии, что вы нас не бросили – это придало мне мужества. Я сохранила сообщение, которое вы прислали мне вскоре: Какие они все трусы, прячутся за профессиональную тайну. Черт знает что. Держитесь. Я держалась, мэтр, вы же знаете, и видит Бог, я пыталась проникнуть в эту окаянную тайну. Сколько часов я провела и потеряла в Интернете в поисках других семей, столкнувшихся с той же ситуацией, что и мы? Я делала это с работы, чтобы кузен не дышал в спину. Социальный помощник в семье, социальный помощник на дому, социальный помощник поселился дома, социальный помощник живет у нас, социальный помощник живет с нами: я все набирала в Google и даже использовала разные поисковики. Тщетно. Ничего не нашла. Ни в Yahoo! ни в Bing, ни в Qwant, ни даже в DuckDuckGo. Ни единого свидетельства, ни малейшей информации. Я не верила своим глазам. Однажды поздно вечером я встала и включила телефон, уверенная, что поняла, почему выходил облом. Ошибка в мужском роде, решила я. И начала все поиски заново, набирая на этот раз социальная помощница. Но это тоже ничего не дало. Не можем же мы быть единственными, кому пришлось пережить такое! Нет, подтверждает Лора Х. Так в чем же дело? Может быть, людям слишком стыдно рассказывать о том, что с ними случилось. В точности как нам, мы ведь скрываем это от всех. Да, наверно, и им стыд затыкает рты. Вот и объяснение, почему все молчат.

Часть четвертая