Читаем Под опасным солнцем полностью

Соврала мне. Как все. Все врут на этом острове. Даже камни, даже статуи, даже молчание.

Утро тянулось бесконечно, будто последнее действие какой-нибудь пьесы, трагедии, и в полном безмолвии, если не считать шепота Моаны и По, называвших номера в бинго. Никогда не понимала страсти маркизцев к этому дурацкому лото.

Все дело в том, что там не надо думать, чтобы выиграть?

В этом решение — перестать думать?

Мне хотелось закрыть глаза, но веки не слушались. Глаза мои наблюдали. За всем.

Клем и Элоиза сидели на другом конце комнаты, друг против друга, каждая на своем диване, Элоиза что-то рисовала в альбоме, а Клем пыталась читать путеводитель Lonely Planet. Я догадывалась, что ей до смерти хотелось заняться своим проклятым романом, в котором она прятала свои секреты и для которого воровала наши мысли. Но здесь она писать не могла, а уединиться было невозможно.

Мой взгляд переместился в кухню, через открытую дверь я видела, как Танаэ хлопочет с обедом. Ее плечи были прикрыты платьем в сиреневых ирисах, татуировка спрятана. В точности как ее прошлое.

Перестать думать? Нереально! И теперь у меня есть миссия: отомстить за маму.

Янн после своей прекрасной речи — полиция скоро прибудет, мы все должны оставаться взаперти — вышел из зала Маэва. Не знаю, куда он отправился, и не понимаю, почему он бросил нас одних с Танаэ, хотя мы теперь знаем, что она была подружкой убийцы. Что она, возможно, с самого начала была сообщницей Метани Куаки.

Чем больше я об этом думала, тем больше убеждалась, что нить истины у меня в руках. Тогда все можно было бы объяснить. Куаки сменил имя, теперь его зовут Пито, он нанимается садовником и пользуется этим, чтобы убивать постояльцев. Танаэ его прикрывает, дает ему вторые ключи, заставляет своих дочерей врать, использует ежедневную уборку, чтобы переносить из одного бунгало в другое обычные предметы — зубную пасту, щетку — и таким способом подменять отпечатки пальцев.

Этот пансион — ловушка, красная таверна, настолько уединенная, что никто ничего не заподозрит. Да одно его название — уже доказательство… «Под опасным солнцем».

Перед тем как уйти, Янн долго разговаривал с Танаэ. Я видела, как они ушли в кухню, закрыли за собой дверь.

Что они друг другу наговорили?

Задурила ли она голову моему капитану?

Что правда, то правда, когда смотришь, как Танаэ суетится ради своих постояльцев, целыми днями их привозит и отвозит, мотается между аэропортом и пансионом, между пансионом и деревней, а остальное время готовит еду, утром, днем и вечером, как можно себе представить, что она замешана во всех этих преступлениях? Танаэ — образцовая хозяйка гостиницы, Танаэ — энергичная мама По и Моаны, Танаэ — кладезь маркизских мифов, Танаэ — воплощение гостеприимства и хорошего настроения.

Купился ли Янн на все это? Или же… он ее сообщник?

Чем дольше я тянула за ниточку истины, тем больше все, как мне казалось, прояснялось. В убийственном свете.

Если Танаэ — бывшая подружка Куаки, значит, она в то время жила во Франции. Вполне возможно, что Янн мог ее знать, пересекаться с ней, особенно если и он тоже интересовался делом этого татуировщика-насильника. К тому же, если не считать того, что он рассказал, ничто не доказывало, что Янн — на самом деле полицейский. Я его видела только в шортах и футболке, а в форме — ни разу.

— Майма.

Голос доносился из кухни.

— Майма, иди сюда, помоги мне.

Я встала с трудом, точно столетняя старуха, сгорбленная под тяжестью навалившихся на нее скорбей.

Ни Элоиза с черным карандашом, зависшим над рисунком, ни Клем с путеводителем в руках даже не шелохнулись.

Я еле волочила ноги. Танаэ придвинула ящик с овощами, По и Моана уже вооружились ножами и повязали передники. Готовили для нас очередное пиршество. Танаэ, никто не станет есть! — хотелось крикнуть мне. Никто не сможет ничего проглотить. Чем закармливать своих постояльцев, ты бы лучше не давала им умирать.

— Майма, закрой дверь.

Я медлила.

Янн посоветовал нам всем оставаться вместе в зале Маэва, между гостиной, стойкой администратора и дверью на кухню, до тех пор, пока не приземлятся полицейские с Таити. Если Янн не соврал, этот план представлялся наиболее разумным из всех возможных. Если все будут постоянно за всеми следить, убийца больше не сможет действовать.

— Закрой дверь, сказано тебе.

Закрыть дверь — значит перекрыть звук, отключить картинку. Я снова поглядела на погруженных в себя Элоизу и Клем. Конечно, все указывает на Клем, она была у Титины, она прошлой ночью ускакала на Мири, она прогуливалась по лесу с Мари-Амбр, когда ту застрелили, и не ее завещание нашли на месте преступления, а Элоизы. Так что следующая в списке — прекрасная Элоиза с цветком тиаре в волосах. И совершенно ясно, чьих это рук дело.