Читаем Под Небом Техаса полностью

Мы сидим у острова на нашей кухне, окруженные беспорядком прошлой ночи, и меня напрягает этот беспорядок. Бутылки, банки, пластиковые обертки. Повсюду дерьмо.

Я щиплю себя за переносицу, чтобы побороть головную боль, которая все еще бьет по затылку. Глаза опухли, и ледяной валик им не помогает. Это раздражает меня еще больше, потому что сегодня у меня должна быть фотосессия, но я не могу появиться на ней в таком виде.

— Все в порядке, Уиллоу. Просто оставь это в покое - говорю я резче, чем собирался.

Потому что благими намерениями далеко не уедешь. Я хотел отпраздновать свой день рождения, расслабившись дома, ничего безумного. Прошлая ночь была безумной.

Мысль о том, чем Трент занимался вчера, не дает мне покоя, и мне хочется плакать от досады. Конечно, я все еще думаю о нем. Просто сейчас я нахожусь в эмоциональном состоянии, и это совершенно нормально. Я быстро вернусь к тому, чтобы не думать о нем.

Уиллоу встает, оставляя меня в одиночестве погрязать в жалости к себе. Я должен извиниться перед ней, потому что я не злой человек, который не ценит своих друзей, но если я попытаюсь поговорить с ней прямо сейчас, это принесет больше вреда, чем пользы.

Я открываю приложение Instagram и проверяю уведомления, чтобы узнать, кто написал о вчерашней вечеринке. Слишком много людей, слишком много размытых фотографий.

Я оглядываюсь через плечо, чтобы убедиться, что Уиллоу нет в комнате, прежде чем выйти из своего основного аккаунта и открыть другой. Здесь нет подписчиков, и я ни за кем не слежу. У этого аккаунта одна цель и только одна.

Дрожащими пальцами я открываю страницу "Просмотреть" и нажимаю на выпадающий список последних поисков. Там только одно имя. Трент.

Это моя тайная навязчивая идея - знать, что он делает и с кем. Не проходит и дня, чтобы я хотя бы раз не заглянул на его страницу в Instagram.

Это не эстетично. Это солянка случайных воспоминаний, которые он хочет запечатлеть. Обычно она заполнена фотографиями рассветов и закатов, а также снимками еды, которую он приготовил. Если я прокручу страницу вниз достаточно далеко, там все равно будут наши совместные фотографии. Улыбаемся, смеемся, просто два влюбленных человека. Но я не прокручиваю страницу так далеко назад, не сегодня, когда мое сердце и так уже разбито до неузнаваемости.

Я проверяю его сообщения, отмеченные тегами, и нахожу новое. Когда я нажимаю на него, мой желудок опускается, и сердце, которое уже раскололось на части, вываливается из груди на столешницу.

Вот Трент, стоящий перед дорогим рестораном с другим мужчиной, висящим у него на руке. Этот мужчина невысокого роста, определенно ниже меня, потому что он едва достает Тренту до плеча. Короткие темные волосы, которые отличаются от яркой улыбки и деловой повседневной одежды. Служит ли он в армии или работает с девяти до пяти на основной работе на фондовом рынке? Ему нужно разобраться, потому что это ему не подходит.

Я глубоко вдыхаю, потому что мои мысли разбегаются, и они полны ненависти. Я уверен, что он отличный парень, которому многое по плечу. И кто знает, может, Трент тоже изменит ему, и мы оба окажемся членами клуба "ненавидящих Трента".

Неважно. Все в порядке. Я в порядке. Меня не касается, что Трент делает или не делает сейчас. Он меня не касается.

Я выхожу с фотографии и захожу в настройки. Я удаляю свой аккаунт, ожидая уведомления о том, что у меня есть тридцать дней, чтобы передумать. Но я не собираюсь колебаться, только не в этом случае.

 У меня есть Клаус.

У меня отличная работа.

У меня отличный дом.

У меня много всего хорошего.

Мне не нужен Трент. Больше не нужен.

ГЛАВА 28

ТРЕНТ

Запись в журнале - День 912

Привет, Веснушка,

Давненько я тебе не писал. Сейчас рождественский сезон, и на улице становится очень холодно. Я не знаю, какая погода в Аризоне, но надеюсь, что она поднимает тебе рождественское настроение. Раньше ты любил украшать елку и слушать рождественскую музыку, пока мы пили горячий шоколад и смотрели старые фильмы.

Для меня этот год выглядит иначе. Завтра я собираюсь познакомиться с родителями Хантера. Хантер запланировал целый ужин у себя дома, и он сказал, что я могу пригласить Митча. В последнее время Митча трудно поднять с постели, но он сказал, что единственное, что он может пропустить, - это смерть.