– Их трюки могут быть ложью или иллюзией, но они живут честно. Они не скрывают, кто они, и не притворяются, что играют по правилам общества. В отличие от аристократов, которые улыбаются в лицо, вонзая кинжал в спину.

Я перевела взгляд на тарелку – еда сегодня в самом деле была изысканной, но у меня вдруг пропал аппетит. Если бы Лиза знала, что я занесла кинжал над ее мечтами о замужестве с Гудини, она больше не стала бы со мной разговаривать. Следующие несколько секунд моя голова наполовину была занята беседами вокруг, а наполовину – нарастающим чувством вины.

Наконец меня вернули в настоящее первые крики.

Глава 14. Звезда

Обеденный салон

Королевский почтовый пароход «Этрурия»

4 января 1889 года

Сцену охватило пламя, превращая фантастическую зиму в ад. Гости ринулись прочь, огонь с ревом перекидывался с одного шелкового полотнища на другое. Теперь вместо снежинок и звезд сверху падали огонь и пепел. Аниша суматошно звала помощь из-за кулис, появились ведра с водой. Крики становились все громче, едкий дым наполнял помещение, сцену заляпала черная сажа. В воздухе появился еще один смутно знакомый запах. Как будто…

– Боже милостивый… что это? – Лиза так вцепилась в мою руку, что я вскрикнула. – Наверху! Кажется… кажется, мне плохо.

Я перевела взгляд наверх и почувствовала, будто из меня вытекла вся кровь. Над сценой парила закутанная в черную кисею фигура, раскинутые руки были обмотаны изысканным шелком, голову украшала корона из черных звезд. По ногам поднималось пламя, словно человеческий факел пробуждался к жизни. Застыв и все еще не веря в происходящее, я смотрела, как начали отваливаться куски обгоревшей плоти.

Человек висел вертикально, пламя быстро поднималось от ног к голове.

Этого просто не может быть. С моей последней галлюцинации прошло не так уж много времени – они преследовали меня в Румынии. Вот что значит весь этот кошмар: игра воображения.

Только это не галлюцинация.

– Не смотри. – Я схватила кузину за руку и притянула ее голову к своему плечу, не мешая ей рыдать. Томас встретился со мной глазами и не отводил их, делясь своей силой и в обмен черпая поддержку у меня. Я погладила Лизу по голове, надеясь утешить заодно и себя. – Все хорошо. Все будет хорошо.

– Оставайтесь на местах. И сохраняйте спокойствие. Огонь по большей части охватил только тело.

Дядя обвел взглядом наш столик. Первым делом он должен был убедиться в нашей безопасности, хотя я знала, что ему не терпится добраться до жертвы. Он посмотрел на Томаса и кивнул, молча передавая ему ответственность за нас, прежде чем исчезнуть в выходящей толпе.

– Человек мертв, – сказал Томас спокойно, несмотря на кромешный ад и вопли миссис Харви. – Смотри.

Мне нисколько не хотелось смотреть на этот кошмар. Но разум постепенно охватывало хладнокровие ученого.

– Как…

Я заставила себя отвлечься от запаха горелого мяса и волос. Смотреть мимо свалившихся сверху кусков Бог знает чего. Я тихонько покачивала Лизу, отметив отсутствие крика и движений у человека, которого пламя превращало в горящую звезду. Томас был прав: кто бы это ни был, он умер до того, как его подожгли.

Своеобразное милосердие, если можно так назвать убийство и последующий поджог трупа.

Внезапно тело над сценой рывком опустилось ниже, и те, кто еще не успел покинуть зал, в ужасе закричали.

– Опустите веревки еще! – На сцену выбежал Мефистофель, отдавая команды членам экипажа, которые, должно быть, находились среди балок перекрытия. – Рубите их! Теперь рубите!

Двое мужчин с мечами выбежали под горящее тело и принялись отсекать распадавшуюся ткань, уклоняясь от горящего пепла. Наверное, это были Цзянь и Андреас, но я, похоже, могла только покачивать Лизу и пытаться сдержать собственные слезы. Мой мир сузился до этих утешающих движений, и это помогало мне держаться.

Официанты и экипаж призывали к порядку, но пассажиры потеряли головы. Опрокидывались столы. Женщины еле держались на ногах, мужчины толкались. Люди с боем проталкивались через оба выхода из этого шоу абсолютного ужаса.

– Тушите огонь! – Капитан Норвуд вмешался в хаос, бросив людям на сцене лошадиные попоны. – Сбивайте его!

Миссис Харви зажимала рот ладонью, но мокрые дорожки на щеках выдавали ее ужас. Я старалась подчиниться приказу дяди: сохранять спокойствие и сидеть на месте, но как же мне хотелось увести своих близких из этого ада и укрыть от всех ужасов мира. Хотелось уткнуться лицом в подушки и кричать, пока не охрипнет горло и не иссякнут слезы. Я спокойно переносила вскрытия, но смотреть, как горит человек, совсем другое дело. Тот, кто это сделал, – чудовище, с которым трудно состязаться даже Джеку-потрошителю или Владу Дракуле.

– О боже… этот запах.