Читаем Победить тьму... полностью

Джейн плакала каждую ночь в своей одинокой постели и все худела и бледнела. Ее нервы были на пределе. Когда Адам был на работе, она обычно звонила на ферму в Уэльсе, чтобы тайком обменяться парой слов с Лизой, а потом, когда маленькая Бет научилась говорить, и с ней. Маленькая Бет знала о своей бабушке в Сент-Албанс, но никогда ее не видела. Но Брид было все равно, что она делает. В данный момент ее не интересовала жена Адама.

Она научилась дразнить его. Прятаться, когда он поднимался наверх после молчаливого ужина с Джейн. Ждать, когда он переоденется из своего докторского костюма темного цвета с аккуратным полосатым галстуком в халат и войдет в спальню. Тогда она растягивалась в кровати. Иногда она надевала свою длинную зеленую рубашку, иногда оставалась обнаженной. Ее руки отвлекали его от книги и увлекали под простыни, где она целовала и ласкала его до тех пор, пока он не начинал стонать наполовину от чувства вины, наполовину от удовольствия и отдавался полностью ее ласкам. Пару раз она брала его с собой, оставляя его тело в постели, в мир сна, где он мог летать, бегать и прыгать в обнаженном виде через изгородь, протягивая руку, чтобы ухватиться за ее руку, прежде чем упасть, обнявшись, на траву возле пруда, где они впервые любили друг друга.

Лежа одна в их бывшей общей спальне, Джейн иногда слышала, как Адам плачет ночами. Думая, что это от горя, она тоже начинала плакать, но потом поняла, что это были всхлипывания, связанные с мучительным, сдержанным удовольствием. Тогда она зарывалась головой в подушку и роняла в нее слезы отчаяния.

Однажды она попыталась отвоевать его.

Она приготовила его любимое блюдо и надела платье, которое, как она знала, нравилось ему. Кроме того, она подушила шею и запястья. Его лицо прояснилось, когда он увидел ее.

— Ты выглядишь более счастливой, Дженни, — сказал он. — Я рад за тебя.

Он съел то, что она приготовила, если не с наслаждением, то по крайней мере с большим энтузиазмом, чем обычно, отвечал на ее вопросы о работе и Роберте и даже обсуждал с ней возможность поехать вместе отдохнуть в следующем году. Он слушал, кивал головой и улыбался. На мгновение у нее появилась какая-то надежда. Она старалась не касаться темы Лизы и Бет, так как знала, что вызовет гнев и упреки. Вместо этого сосредоточилась на своих мечтах, в которых она и он могли бы отправиться в путешествие и думать о будущем, а не о прошлом.

Впервые он не ушел, после того, как она вымыла тарелки, и разговаривал с ней, пока она ставила на плиту чайник, а когда она смущенно достала коробку конфет, он даже взял одну, улыбнулся и дотронулся до ее руки. Она была настолько рада, что сжала его плечо и позволила себе погладить его шею. Он на мгновение напрягся, потом расслабился и снова улыбнулся.

— В последние годы от меня было мало проку, Дженни. Прости.

Она тоже улыбнулась.

— Это не имеет значения. До тех пор, пока мы живем друг для друга.

Ей показалось, что он хочет приподняться и поцеловать ее, и ее сердце подпрыгнуло от волнения, но он откинулся на спинку стула.

— Чай готов?

— Сейчас будет готов. — Скрывая разочарование, она отвернулась и занялась чайником. — Не прогуляться ли нам попозже? — спросила она, не глядя на него. — Сегодня прекрасный вечер. Мы могли бы пройтись до аббатства или погулять в парке.

— Было бы неплохо, — достаточно уклончиво произнес он.

— Вот. — Она подала ему чашку с чаем и села рядом. — Или мы можем выпить в саду. Что ты предпочитаешь?

— Просто хочу посидеть немного и выпить чаю. — Однако она уловила в его голосе беспокойство.

Она почувствовала, что и сама не очень-то спокойна. Может, ей не надо так торопить его. Но ей так хотелось, чтобы он повернулся к ней, обнял ее, занялся с ней любовью. Поставив чашку на стол, она подвинулась поближе к нему.

— Адам…

— Подожди! Слышишь? — Адам неожиданно выпрямился. — Слушай!

— Я ничего не слышу. — Она почувствовала, что боится чего-то. В груди у нее образовался ком, когда она стала прислушиваться. — Давай выйдем на улицу. — Она поднялась и схватила его за руку. — Идем, Адам.

Но звук исходил оттуда, из-за открытого окна. Словно кто-то скребется. Потом раздался шелест плюща, и из тишины послышалось угрожающее рычание.

— Адам, пожалуйста. Давай уйдем. Не надо ждать.

— Это всего-навсего кошка…

— Это не просто кошка! — Ее голос перешел в истерический крик. — Ты знаешь, что это не просто кошка! Адам, пожалуйста, послушай меня. Ты не можешь оставаться здесь и позволять ей проделывать это с тобой. Не можешь!

Она прижалась к нему, когда он поднялся и пошел к окну.

Кошка мгновение постояла на подоконнике, разведя уши, с горящими оранжевым огнем глазами. Потом легко впрыгнула в комнату, сердито стуча хвостом.

— Адам! — Она отпрянула. — Адам, не давай ей прыгнуть на меня.

— Уходи, Джейн. Пожалуйста, уходи. — Он ласково положил руку кошке на голову, и та мгновенно подняла к нему мордочку и стала тереться о его ноги.

Джейн начала отступать, всхлипывая.

— Адам! Пожалуйста.