Читаем Победа разума полностью

— Господи, что у тебя с руками, ободрал то как!

— Это он нехорошим дядям на портреты маркеры ставил, — пояснил Роберто.

Даша пропустила замечание Роберто мимо ушей.

— Какими судьбами? — спросила Даша, обращаясь к Семену.

— А вот какими судьбами, я хочу у тебя спросить. Да вы присаживайтесь.

— Марк, неужели ты думаешь, что я вчера…

— Нет, не думаю. Когда ты видела Семена в последний раз?

— Месяц назад, или около того, точно не помню. Подождите, как раз в тот день, когда я попала в эпицентр на RX-3152.

— Это ты передала ему защитный скафандр?

— Да, мы гуляли, стало холодно, и я решила, что…

— Они гуляли! Ты передала скафандр, ничего Семену не объяснив?

— Я хотела…

Марк оторвал от полупальто Семена один лепесток, повертел его в руках и бросил в центр кабинета. Лепесток закружился, оставляя за собой радужный шлейф. В радужном вихре стал рождаться неясный силуэт, и через секунду перед ними стоял атлетического сложения великан с дубиной в руках. Кроме набедренной повязки из обрывка шкуры никакой другой одежды на нем не было.

— Ну зачем же так, Марк? — сказала Даша.

Свирепо глядя на Семена и вращая дубиной над головой, великан стал приближаться. На его теле рельефно заиграли мышцы. Было в его облике что-то мучительно знакомое. Роберто фыркнул, сдерживая смех. Семен встал, заслоняя Дашу. Дикарь попытался подрезать Семена косым резким ударом. Но Семен уклонился, чуть не перевернув журнальный столик. И как бьет-то грамотно, подлец! Когда дубина с грохотом ударилась об пол, Семен со всей силы ударил по ней ногой, стараясь выбить ее из рук дикаря. Дубина сломалась, и в руках дикаря остался короткий обломок. Семен нырнул вниз, перекатился по полу, подхватив второй обломок дубины, вскочил, лихорадочно соображая, как попроще нейтрализовать такого верзилу. Великан оказался с Семеном одного роста. Семен уже занес дубину для удара и онемел: перед ним стоял он сам, только в одежде дикаря. Как же он сразу не узнал самого себя? Дикарь не размахиваясь, тычком послал дубину в сторону Семена. Не успев уклониться, Семен получил удар дубиной в лицо. Удар оказался удивительно слабым. Дубина, будто наткнувшись на невидимую преграду, лишь мягко толкнула его в лицо. Дикарь размахнулся обломком дубины и вдруг неподвижно замер, не завершив удар.

— Даша, кто тебя просил вмешиваться!

— Нельзя так издеваться над человеком. Он же совсем не подготовлен.

— То-то и оно.

Марк встал, подошел к Семену, взял из его рук обломок дубины и бросил его на пол, затем вырвал еще один лепесток из полупальто Семена и, повертев в руках, бросил его в сторону дикаря. Окутавшись радужным вихрем, неподвижная фигура исчезла.

— Прости за этот цирк. Садись, не обижайся. Скажу честно, ориентируешься ты прекрасно, я просто поражен, — и, обращаясь к Даше, продолжал — Ты понимаешь теперь, к каким последствиям могли привести твои художества?

— Но я хотела все объяснить, сразу с RX-3152 вернулась к Семену.

— Из эпицентра! И устроила лазарет с Семеном в роли терапевта. Могу себе представить.

Семену показалось, что Даша покраснела.

— Да все нормально было, — сказал Семен.

— Это я вижу. По конечному результату: один в реанимации, второй — в карцере. Только Даша отделалась легким испугом.

— Так она же женщина, а с них и взятки гладки.

Даша ткнула Роберто кулачком в плечо.

— Э, э, полегче, еще не склепано.

Даша погладила Роберто ушибленное место, и он громко замурлыкал.

— Давайте на этом закончим. Даша, мы с тобой идем на совещание. Роберто, возвращайся в лазарет. Семен, жди меня здесь. Даша, пойдем твоим трансфером.

Они встали рядом и вдруг исчезли. Роберто не обратил на это никакого внимания, видимо такое было здесь в порядке вещей.

— Ты прости меня, Семен, что я тебя тогда термальным-то ударил. Погорячился я, больно быстрым ты оказался.

— Да ладно, я же тебя тоже колом по голове врезал.

— Я в чертовой чешуе был. Мне твой удар был, что слону дробина.

— Это… это полупальто — действительно защитный скафандр?

— Да, в том числе, а вообще это сложный инструмент и каждая чешуйка — тоже самостоятельный инструмент. Вон Марк тебя в одно касание скопировал, да еще в одежду дикаря нарядил. Ну, Марк, конечно, асс, но кое-что и мы соображаем.

— Что значит «каждая чешуйка — самостоятельный инструмент»?

— Долго рассказывать. Теперь пусть Марк тебе все объясняет. Я не знаю, что вчера произошло, просто не помню, но если бы ты не был в чертовой чешуе, от тебя бы мокрого места не осталось. Пойду, поцелую Люську в щечку и — в лазарет.

Он поднялся и неровной походкой вышел из кабинета. Видать, действительно, не все в нем было склепано, и каждое движение давалось с большим трудом.