Читаем Победа разума полностью

Таурикия закружила его водоворотом кутежа. Струился золотистый ром, бриллиантами сверкала в бокалах водка, весенним лесом благоухал джин. Боль и тоска отступали. Он не запоминал имена и лица женщин, чьи поцелуи горели у него на губах. Все тонуло в тупом безразличии хмельного веселья.

Пришел в себя Семен от холода. Ледяной ветер пронизывал насквозь, несмотря на чертову чешую. Семен летел над облаками. Земли не был видно. Что за черт? Где он? Семен снизился. Под ним в полумраке ночи незнакомые горные вершины белели шапками вечных снегов. Семен подлетал к дымящемуся вулкану. В его огромном кратере клокотала лава. Он приземлился на край кратера. Здесь было теплее, и его сознание вновь стал заволакивать пьяный угар.

— Эллис, где ты? В чреве огненной клокочущей бездны? Я иду к тебе.

Он подошел к краю обрыва, снял боевой пояс и чертову чешую и размашистым движением пьяного бросил их вниз.

— Сейчас, Эллис, сейчас мы снова будем вместе.

Карниз, на котором стоял Семен, стал медленно сползать вниз. Семен упал и неудержимо заскользил по склону. Что-то больно ударило его по голове, и он потерял сознание.

Когда Семен пришел в себя, ярко светило солнце. Он висел над обрывом, зацепившись за что-то сзади одеждой. Снизу поднимался сильный запах серы.

Семен глянул вниз. Метрах в пятидесяти под ним бурлила лава. Что это? Новый тауриканский аттракцион? Что-то он не припоминал, чтобы туристов подвешивали над кипящей лавой как цыплят на вертеле. А где пояс и чертова чешуя? Мама дорогая, он же сбросил их вниз. Достать, конечно, можно — сейчас подкатим оборудование для исследования литосферы. Откачаем всю магму — то, что останется на дне и есть его личные вещи. Что там тот вулкан? В одной плети такой заряд энергии, что случись небольшая утечка, и вся планета рванет как граната. А пока не рвануло, нужно попытаться выбраться отсюда. Он поднял руку и нащупал то, что его держало.

Подъем наверх занял полчаса. Чтобы искать ногами зацепы, пришлось снять и выбросить ботинки. Несколько раз он чуть не сорвался, но видно Всемогущий бережет и таких олухов царя небесного как он.

Семен отошел от края обрыва и осмотрелся. Внизу белел снег. И ни тропинки, ни следа. Туристов сюда не водят. И геликоптеры в небе не стрекочут. Если на планете и есть люди, то они еще не шибко далеко продвинулись по пути технократической эрозии. Макарыч как в воду смотрел, когда сказал «Ох, Семен, чует мое сердце, влипнешь ты в историю». Во, влип, так влип. Хоть обратно на завод просись. Только где тот завод один бог знает.

Семен спускался по почти неприступным скалам. Его ноги, обмотанные портянками, сделанными из его рубашки, были разбиты в кровь. Все тело пестрело синяками и ссадинами. Кругом были только серые безжизненные камни и снег. Ночью было ужасающе холодно. Постоянно дул ледяной ветер. Трое суток Семен почти не спал и ничего не ел кроме снега. В те минуты, когда он забывался кратким беспокойным сном, ему снова чудился старик, сидящий на берегу реки. Он что-то говорил, беззвучно шевеля губами. Семен напряженно вслушивался в тишину, стараясь понять, что говорит старик, и от этого просыпался.

На четвертый день он почуял, что за ним кто-то следит. Зверь осторожничал и не попадался Семену на глаза. Очень мило — за ним охотятся. Такое с ним еще не случалось, но как любил говорить Роберто — «Все в жизни надо испытать на собственной шкуре».

Семен остановился на небольшой площадке. Чему быть, того не миновать. Здесь мы и сойдемся в смертельной схватке, зверь и человек. Семен подготовил несколько камней. Никакого другого оружия у него не было. Леопард появился совершенно неожиданно и первым прыжком сбил Семена с ног. Схватка была не долгой. Оказалось, если бить сильно, то не важно человек это или зверь — действует одинаково эффективно. Даже камни не понадобились. Он то понятно, что здесь делает, а зачем сюда забрел леопард так и останется тайной. Семен раздвинул шерсть на шее леопарда, зубами разорвал шкуру, нашел вену, вскрыл ее зубами и стал пить густую горячую кровь.

Два дня ушло на выделку шкуры и изготовление одежды и обуви. Хорошо, что он читал, как это делают эскимосы на его родной планете. Шкуру он разрезал ножом, сделанным из клыка леопарда, который он заточил о камни. Теперь у него есть теплая одежда, служащая одновременно и матрасом и одеялом. Мясо он нарезал тонкими узкими полосками и подвялил на солнце. В таком виде оно не испортится несколько дней. Напоследок он наелся до отвала и двинулся в путь. Не будем падать духом, господа присяжные заседатели. Вперед к цивилизации и прогрессу! И пусть нам сопутствует удача.

Через два дня он почуял запах дыма. Где-то не далеко были люди. Он пошел напрямик, рискуя сорваться со скал. Вскоре Семен услышал журчанье воды. Река! Ну, слава богу, наконец-то он выбрался из каменного плена.