Читаем По воле дураков полностью

– Смейся, смейся. Не забывай, кто научил тебя этому приему. А знаешь, не родись ты в Кордерии, из тебя вышел бы отличный воин. Воин швабры и ведра!

Рассмеявшись, они пошли в сторону дома.

– Знаешь, Элиза, иногда я думаю, что они словно братья. Конечно, внешне они очень разные, но в душе…– Альберто д'Эсте глядел на удаляющиеся фигуры юношей из окна своего кабинета, находящегося на втором этаже родового имения д'Эсте. В свои 48 он выглядел так, будто возраст обходит его стороной уже лет 10. В его каштанового цвета волосах не появилось даже тонкого намека на седину, отличная физическая форма, острый ум и благородные черты лица, которые выделялись даже среди остальных представителей благородных династий – вот то, что могло охарактеризовать Архимага д’Эсте. Альберто провел пальцами по аккуратно стриженной бородке.

Одному из юношей, Сигурду, исполнился двадцать один год, из них три последних года он провел в семье д'Эсте, согласно договору между его кланом Сокола и династией Архимага д'Эсте. Парень был родом из Лендсверта, и как все северяне он был высоким, крепким молодым человеком, со стянутыми в хвост светлыми волосами, выдающимися скулами и носом, отдаленно напоминающий клюв сокола – хранителя клана Сигурда. За эти три года парень заметно возмужал, да и светлый пушок на его щеках уже сменился щетиной.

Сын Альберто, Арей, напротив – был среднего роста, его вытянутое, немного худощавое лицо обрамляли темные волосы, ниспадающие на плечи. Даже мать не могла совладать с ним, когда речь заходила о его волосах.

«Юношеское желание быть независимым во всем. Поверить трудно, что ему уже шестнадцать. Как время летит», – подумал Альберто.

– Им будет не хватать общества друг друга. Глядя на них, я верю – узам дружбы никакая граница не преграда,– тихо сказала Элиза.

«Если бы все было так просто, дорогая», – с тоской подумал Альберто, а вслух произнес:

– Пойдем, дорогая, наш сын будет возмущаться, отчего родители снова задерживают завтрак. А ведь сегодня у нас оладьи!

Арей и Сигурд брели по освещаемым утренним солнцем коридорам имения д’Эсте в столовую. Стены этих коридоров украшали картины разных мастеров Кордерии, изображающие сцены былых сражений и подвиги легендарных героев – магов. Сигурд ходил здесь много раз, но все равно останавливался перед некоторыми полотнами, что бы еще раз взглянуть на любимые произведения искусства.

– Тебе никогда не казалось странным, что ты с таким восторгом рассматриваешь картины, на которых маги убивают твоих соплеменников?– поинтересовался Арей, глядя на картину, изображающую Малика Великолепного, сжигающего целый отряд воинов Касты – предтечи Лендсверта.

– Все это в прошлом. Как я могу держать обиду на того, кто уже давно мертв?– Сигурд глянул на товарища. – Обучение у твоего отца показало мне, что различия между нашими народами несущественны, он… воистину великий человек, я счастлив, что попал именно к нему. Мне повезло с учителем.

Арей озадаченно посмотрел на товарища. Впервые он видел его таким… таким… откровенным. Нет, не то, чтобы его друг был замкнут, просто за все три года, что они жили под одной крышей, Сигурд был веселым, был злым, был серьезным, но сейчас он был… Грустным? Неужели это тот самый Сигурд из клана Сокола, что гонял Арея по всему внутреннему двору, заставлял его, сына одного из великих Архимагов, вставать на рассвете, чтобы сделать зарядку, а потом еще несколько часов бил деревянным мечом, чтобы «сделать из него воина, какого в стране Магов не видали»?

– Что-то я разоткровенничался, – улыбнулся Сигурд. – Нас, наверное, твои родители уже заждались за столом. Ты помнишь, что должен сделать воин, чтобы быть сильным и умелым?

– Да. Для начала воин должен помыться, иначе враги побрезгуют к нему даже подходить.

Сокол рассмеялся и произнес:

– Что ж, пожалуй, стоит внести и этот пункт в обязательную программу обучения новобранцев в армии Лендсверта. Но в данном случае, я, все же, имел в виду завтрак.

Друзья пришли в просторную светлую столовую в западной части имения. За столом их ждала только мать Арея.

– Что вас так задержало, мальчики? – поинтересовалась Элиза д'Эсте, пододвигая тарелку полную оладий ближе к юношам.

Хотя в доме было достаточно много прислуги для выполнения всех видов работ, мать всегда считала своим долгом ухаживать за семьей и гостями во время трапезы. Очень тихая, не в пример большинству напыщенных аристократок Кордерии, Элиза была мудрой советницей и надежной опорой своему мужу. Архимаг часто обращался к ней за помощью. Внешне она была больше похожа на обычную мещанку, нежели на жену одного из могущественнейших людей государства, но при этом отсутствии вычурности в ее образе, она все равно излучала какую-то ауру властности. Леди Элиза предпочитала простые платья кремового оттенка с длинным рукавом, темно- русые волосы она стягивала в узелок на затылке. Иногда удавалось даже застать ее в очках за чтением, тем самым заставляя ее немного смущаться. К сожалению, нынешние женщины Кордерии образованию предпочитают званые ужины и разгульный образ жизни.