Но и здесь его постигла неудача. Он не стал отчаиваться, заявив, что откладывает дальнейшее продолжение этого опыта до новых, более лучших времен.

…Ситуация в Боткинской больнице с каждым днем осложнялась.

Басов начал заметно нервничать. Рана на ноге стала заживать, и теперь он не упускал случая, чтобы не обратиться с просьбой выписать его из больницы и перевести на амбулаторное лечение. Басова, очевидно, немало тревожило то состояние полной неизвестности, в котором все это время он пребывал.

Передачи приносила мать, и, судя по их переписке, полностью контролируемой Араличевой, мать и не подозревала о том образе жизни, который вел ее сын.

Он упрямо искал способов установить связь с внешним миром, и эта лихорадочная поспешность, граничащая уже с полным отчаянием, передала в руки следствия недостающие нити и привела за решетку еще одного из участников банды.

Узнав о том, что сосед по палате, некий Осетров, выписывается домой, Басов начертил на клочке бумаги план, по которому просил его разыскать дом и передать на словах девушке по имени Соня, чтобы она пришла навестить его. Осетров, не подозревавший ничего худого, охотно согласился исполнить эту просьбу. Но в регистратуре к Осетрову подошел Северцев и предложил отдать ему начерченный Басовым план. Миссию порученца Басова взял на себя Сергей Васильевич Брайцев.

13

На окраине в одном из тихих переулков Брайцев нашел старый каменный дом. О возрасте его убедительно свидетельствовала сохранившаяся каким-то чудом табличка Российского общества страхования от огня. Эта табличка и была главным ориентиром плана, по которому шел Брайцев.

Он миновал арку-тоннель и, свернув налево, постучался в крайнее окно. Гринюк и Карпатов, сопровождавшие Брайцева, остались ожидать в воротах.

Занавеска дрогнула, и чьи-то загорелые руки приоткрыли окно.

- Вам кого? - спросил женский голос.

- Соню,- ответил Брайцев.- Я с Митей в больнице лежал. Он просил, чтобы я разыскал ее.

- С каким Митей? - переспросил тот же голос. В нем чувствовалась настороженность.

- С Басовым,- сказал Брайцев.- Если здесь не живет Соня,- значит, я ошибся. Виноват.- Он сделал шаг в сторону.

- Постойте. Это Басов вам дал адрес? - спросил тот же голос.

- Нет, Басов начертил мне план.

- Он находится при вас?

- Разумеется.

- Покажите.

Брайцев протянул в щель басовский клочок бумаги. Последовала длительная пауза. Эта осторожность даже обрадовала Брайцева.

«Неужели набрели на ту самую «малину»?» - с волнением подумал он.

Заскрипела тяжелая задвижка, и низкая деревянная, уже потрескавшаяся дверь отворилась. На пороге стояла девушка лет девятнадцати. Она была в коротком халатике, перевязанном пестрым шнурком, и в тапочках на босу ногу.

- Соня,- представилась она, протягивая Брайцеву руку.

Они миновали кухню, затем прихожую и наконец очутились в комнате с окном, куда только что стучался Брайцев.

На диване развалился в небрежной позе худощавый юноша и, как показалось Брайцеву, с бесцеремонной наглостью разглядывал его.

- Митя просил передать, что очень скучает и было бы хорошо, если бы вы нашли время навестить его. Вот, собственно, и все,- сказал Брайцев.

- А вы откуда знаете Басова? - спросил худощавый юноша.

- Моя фамилия - Осетров, Николай Васильевич, мы рядом в палате лежали, я уже говорил об этом.- Брайцев обернулся, ища глазами поддержку у девушки.

- Ну, как он?..- начала было девушка, но юноша перебил ее.

- А вы что, тоже болели? - спросил он.

- Да, аппендицит. Так, значит, вы придете? - обратился он опять к девушке.

- Возможно,- ответил за нее худощавый юноша и добавил: - Если, конечно, время позволит…

На этом Брайцев счел свою миссию оконченной и, попрощавшись, тем же путем, через темную кухню, вышел наружу.

В воротах, не замедляя шага, он прошел мимо Гринюка и Карпатова, и те только в конце переулка нагнали его.

- Кажется, тут «малина»,- сказал Брайцев, когда они завернули за угол.

Пройдя еще два квартала, они сели в машину, которая ожидала их.

- Может быть, возвратиться и взять их? - неуверенным тоном предложил Гринюк, выслушав отчет Брайцева о встрече с Соней и разговоре с худощавым парнем, который сильно смахивал на Федю, известного по описаниям Корнеевой.

- Не болтай чепухи,- возразил Брайцев.- Полковник не разрешил предпринимать ни единого шага без согласования с ним, а кроме того, какие у тебя основания для ареста? Придет она завтра или не придет, вот о чем следует беспокоиться.

…Она пришла. Но, несмотря на горячие уговоры, главврач не разрешил свидания с Басовым. Гардеробщица, ведающая халатами, и нянечка у входа в лечебный корпус оказались неподкупными. Делать было нечего: Басову передали килограмм яблок и коротенькую записку, в которой Соня сообщала о своем приходе и осведомлялась о его самочувствии.

Араличева вручила сверток Басову, постояла, ожидая, пока он напишет ответ. Басов набросал карандашом несколько фраз на почтовой открытке, вложил ее в конверт и запечатал.

- И скажи ей,- сказал он, передавая Араличевой письмо,- чтобы обязательно. Сегодня или завтра обязательно.

- А чего обязательно-то? - невинным тоном спросила Араличева.