Читаем По пути Ясона полностью

Питер, Трондур и еще двое членов экипажа галеры — наш доктор Ник Холлис и баталер Тим Редмен — были привычны к такого рода путешествиям. Все они сопровождали меня, когда я отправился на копии арабского парусного торгового судна VIII века из Муската в Аравии в китайский Кантон (свыше 8000 миль пути). Плавание продолжалось семь месяцев, мы изучали фактическую основу путешествий Синдбада Морехода, и наши товарищи-арабы научили нас местным рецептам приготовления акулы; надо признать, акулье мясо существенно разнообразило диету на борту. Естественно когда приспела пора набирать команду для повторения пути аргонавтов, я прежде всего обратился к своим прежним спутникам. Они не замедлили согласиться: Тим и Питер взяли отпуска на работе, Ник договорился с больницей о том, что у него будет свободное лето, а Трондур, который жил на Фарерских островах и зарабатывал на жизнь картинами и скульптурами, попросту сложил рюкзак (кисти, рыболовные крючки и гарпуны) и вылетел в Грецию.

Там они присоединились к двум людям, помогавшим строить корабль, — Питеру Уилеру, двадцатишестилетнему инженеру-англичанину, которому пришлось переквалифицироваться в плотника, и Джону Игану из ирландского графства Мэйо, мастеру на все руки и одному из двух фотографов нашей экспедиции. Другой фотограф, Сет Мортимер, примчался в последнюю минуту и выглядел пораженным до глубины души, когда ему сообщили, что здоровяк с бритой головой — наш старший гребец, который будет учить остальных премудростям гребли. Марк Ричардс неоднократно участвовал в состязаниях гребцов, благодаря чему накачал мышцы, как у культуриста; сочетание бритой головы и могучих мускулов превращало его в работорговца из голливудской исторической постановки. При этом он окончил Оксфорд и читал без словаря по латыни и по-гречески, что делало его незаменимым на борту — ведь мы пользовались оригинальным греческим изданием «Аргонавтики».

Гребное прошлое имел и Майлз Кларк, участник соревнований по гребле между Оксфордским и Кембриджским университетами (он выступал за Кембридж), а на носу располагался самый важный человек в экипаже — наш кок Питер Моран. Он только что получил диплом специалиста по отельному менеджменту и решил, что ему требуется передышка после пяти лет обучения, прежде чем надевать костюм и галстук, положенные по статусу. Дел у него хватало. Обнаженный до пояса, с грязными пятнами на веселом лице, он заправлял крохотной кухонькой на самом носу корабля: ему полагалось готовить на спиртовке еду для двадцати вечно голодных гребцов. Впрочем, надо отдать Питеру должное — подобная перспектива его нисколько не смущала.

^Майлз

— Если мне помогут чистить овощи, после еды будут за собой убирать, думаю, мы вполне уживемся, — сказал он мне. — Но учтите, я никого не подпущу к припасам. Иначе все будут отщипывать по кусочку, и мы в конце концов останемся ни с чем.

Наблюдая за своей воодушевленной командой, я испытывал искушение сравнить этих людей с теми героями, которые составили экипаж легендарного «Арго» в путешествии за золотым руном. В разных источниках упоминаются разные имена — ведь едва ли не каждый греческий город притязал на то, что его жители входили в состав команды Ясона; в итоге, если сопоставить все варианты, получится длинный список с представителями всех областей и важнейших городов Греции. Однако есть и те, чьи имена неизменно присутствуют во всех вариантах предания.

В кормчие Ясон выбрал Тифиса; как пишет Аполлоний, «лучше других феспиец умел предузнать, когда волны / Гладь взбороздят, умел предсказать по звездам и по солнцу, / Битву ли ветры начнут или ветер подует попутный». Впередсмотрящим взяли остроглазого Линкея, который, как гласила молва, был способен проникнуть взором даже в подземные владения Аида. Плотником на борту стал Арг, строитель корабля, «наилучшего среди всех, что гладь бороздили морскую». На борт взошел и быстрейший на свете бегун, Евфем из Тенара; о нем говорили, что он мог «пробежать по пучинам блестящего моря», не замочив ног. Упомяну также близнецов Кастора и Полидевка (Поллукса) — первый славился как искусный наездник, а второй был чемпионом Греции по кулачному бою (разумеется, подобный человек в команде необходим). Двое членов экипажа, Мопс и Идмон, были провидцами. Они толковали знамения, предсказывали будущее по полету птиц и по внутренностям жертвенных животных. Калаид и Зет — сыновья северного ветра Борея — унаследовали от отца способность летать. Коренастый Анкей, облаченный в медвежью шкуру, был столь силен, что мог соперничать с сильнейшим человеком на земле — с самим Гераклом.