Читаем По правде говоря полностью

- И что я буду там делать? – озадачилась я. – У меня там ни одного знакомого нет. То есть, теоретически есть, конечно, бывшие одноклассники, однокурсники, какие-то дальние знакомства… Уверена, что если я постараюсь и вспомню этих людей по именам, то они обо мне вспомнят вряд ли. По крайней мере, с радостью и желанием заниматься моими проблемами.

- Вика, ты чересчур пессимистично настроена.

Ещё чуть-чуть и я готова была отмахнуться от него со всем отчаянием, что во мне сидело и не давало мыслить позитивно.

- Я бы мог помочь тебе с работой.

Мы с Андреем встретились глазами и замерли так ненадолго. Он смотрел на меня спокойно, а вот я приглядывалась к нему с вопросом во взгляде. Не понимая, с чего вдруг ему мне помогать. Хотя, причины этого можно было и не выяснять.

- Я не могу никуда ехать, - произнесла я.

- Из-за того парня?

- Хотя бы, - не стала спорить я.

- Но он же тебе не муж. Или ты всё же собираешься за него замуж?

Я сделала большой глоток вина. Чувствовала, как пальцы нервно сжимаются вокруг бокала. Не сдержала раздражения и задала Андрею Романовичу вопрос в лоб:

- А вам, собственно, какое дело?

Он тут же отступил, даже попытался свести всё к шутке.

- Никакого. Просто спросил.

- Чтобы вы знали, - распалилась я, то ли от вина, то ли от внутренней обиды, - мы с Вовой уже два года вместе живём. И штамп в паспорте, он не так и важен!

- Это он тебе говорит?

- Это я так думаю.

- Значит, в этом вопросе мы с тобой расходимся. Я вот считаю, что штамп важен. Если ты уверен, то идёшь до конца, а если нет, то тут любые уловки хороши.

- Какие ещё уловки? – опешила я.

- Да любые. Денег нет, проблемы, подождать надо, купить, накопить, ногу сломал. Всё, что угодно.

Обидно стало окончательно и бесповоротно. Не от слов Андрея, а от того, что внутри у меня давным-давно эта обида сидела, а он сейчас будто палкой в неё тыкал. От души так, чтобы я прочувствовала.

Я поставила бокал на стол и сообщила:

- Мне пора домой.

- Вика, ты обиделась?

- Нет, - решительно ответила я. – Просто мне надо домой, меня там ждут. У нас… родители гостят, - нашлась я, решив, что прозвучали мои слова достаточно весомо и солидно.

- Понятно. Полагаю, предлагать тебя подвезти, будет излишним.

- Я сама доберусь…

- Перестань играть в самостоятельность, в некоторые моменты — это неуместно. Тебе вызовут такси.

Такси мне, на самом деле, вызвали. На улице уже достаточно стемнело, на часах было начало одиннадцатого. Андрей не пошёл провожать меня к машине, и я была этому, если честно, рада. В его присутствии, особенно, если мы находились в неформальной обстановке, мне становилось нечем дышать. Хотя, он больше не делал ни единой попытки приблизиться ко мне, прикоснуться, даже лишний раз не заговаривал, как мне казалось, держал дистанцию. Наверное, потому, что я слишком бурно реагировала. Смущалась, краснела, принималась путаться в словах. В общем, выглядела глупо, и, скорее всего, он предпочёл бы забыть о том, что в один не самый прекрасный, полупьяный вечер, мы перешли черту. А ведь ещё нужно продолжать общаться, работать вместе, слушать друг друга.

Простившись с ним и направившись к выходу, я всё же обернулась. Один раз, не утерпела. Андрей оставался за столиком, пил вино и, кажется, никуда не собирался. Интересно, чем он собирается заняться в этот вечер дальше? Подумала об этом, и тут же себя отругала. Тебя дома ждёт жених и его родители, об этом следует думать.

Когда я вышла из такси у своего подъезда, машинально подняла глаза к окнам квартиры. Странно, но они были тёмными. Даже в нашей спальне не было заметно ни отблеска, а в это время Вова обычно сидел за компьютером, для сна было ещё слишком рано. Неужели мамочка уложила его, напомнив про режим дня? Смеяться и иронизировать, конечно, можно было, но как-то не получалось. Я надеялась не на то, что Вовка уже будет спать, когда я поднимусь в квартиру, а что его родители успели уснуть, и их недовольство меня коснётся лишь наутро.