Читаем Плывун полностью

Плывун

Напишу ему: «Здравствуй, потомок!Ты прости, что твой пра-пра-прадедБыл по вашим понятьям подонокИ к тому же никчёмный поэт.Ты прости ему бедную лиру,И обман, и притворство его.Он хотел лишь понравиться мируИ повсюду играл своего.Среди русских считался он русским,Средь евреев казался еврей,Среди женщин был чуточку грустнымИ веселым средь старых друзей.В этом не было даже расчету,А скорее, позор да беда.Но по самому строгому счетуБыл чужим он везде и всегда.Поносили его и венчали,Улыбался он, скромен и мил.„В многой мудрости много печали“,—Повторять он частенько любил.Утомясь от борьбы постепенно,Стал он тих и покорен судьбе.Ну, а если сказать откровенно,—Он мечтал быть понятным тебе.Ты прости ему эту записку,Заготовленную наперед…Знаю я: наша встреча не близко.Холод времени пальцы сведет».

1972

«Мертвые, мертвые, совершенно мертвые люди…»

Мертвые, мертвые,Совершенно мертвые людиПьют, смеются похабному анекдоту.Мертвые женщины носят мертвые грудиТак, словно выполняют общественную работу.Когда же я умер? Какую смертную датуПрикажете выгравировать на блестящей табличке?Мертвый мой голос, точно завернутый в вату,Не имена называет теперь, а клички.Мертвые лица склонились ко мне с участьем.Мертвым надеждам не суждено сбыться.Как? Вот это и называется счастьем?И ради этого стоит на миг продлиться?

1972

«Обращаюсь к читателю…»

Обращаюсь к читателю,А читателя нет.Предан скоросшивателюМой словесный портрет.В тонких линиях абрисаНевесомый почти,Он — посланье без адреса,Кто-нибудь, да прочти!Не прошу снисхожденияЗа мое ремесло.Все мои заблуждения —Незаметное зло.Мой потомок с беспечностьюИх осудит, смеясь.Вот и будет мне с вечностьюДолгожданная связь.

1972

«Даты жизни целой…»

Даты жизни целойВ строчки уложу.Вот еще незрелыйВам рукой машу.В горделивой позе,Точно чемпион,Неподвластный прозеНынешних времен.Вот уже умнееИ печальней взгляд.Что со мною? Старею.Возраст виноват.Кое-что усвоилИз простых манер.Понял, что я стоилРаньше, например.Вот совсем уж скучный,Умудренный весь,Неблагополучный,Утерявший спесь,Слабый, виноватыйНапрочь, навсегда.Вот такие даты.Месяцы. Года.

1972

«Долго совести до Бога добираться…»

Долго совести до Бога добираться.Долго сор мести и долго завираться.Долго книжные осваивать науки.Всем мы ближние, но в этом столько муки!Долго, долго драться с собственною тенью.Чувство долга — многолетнее растенье.Долго повести печатать на бумаге.Чувство совести нуждается в отваге.

1972