Читаем Плутократова идиллия полностью

– Но почему же. Чужой опыт важен. Нам кажутся некоторые вещи очевидными. Порой злимся, если их не понимают другие, хотя эти вещи очевидны только для нас, другие ничем нам не обязаны. Но мы должны слушать друг друга.

В машине вещало радио «Юмор ФМ».

– Сколько можно слушать очередные шутки из КВН. Вот есть Джордж Карлин – едкий и острый на язык старикашка. Сатира точна, нравоучительная и обильно наделена отборным матом. В отличии от его коллеги по цеху – Луи Си Кею, он пропесочивает исключительно пороки и тенденции, которые наблюдает в обществе. Луи же, в свою очередь, выигрывает на откровенной и честной самоиронии. Он не самолюбив и тщеславен. Он не лучше и не умнее других. Именно таким он открывает себя слушателям – предельно искренним человеком.

Их подельники:

– Что, по пятьдесят грамм? – и немедленно выпили.

– Одно не понял – почему нас, дилетантов, послали на задания, – не переставал удивляться Авксентий, – прям отряд инвалидов.

– Вот вам ваше вооружение: гравипушка, костюм невидимка, взрывчатка для взрыва объекта.

– Костюм невидимка? Как в научной фантастике?

– Он сливается с цветом ближайшего предмета. Одним движением руки, только кнопку нажать. Энергии хватит только на десять минут. Подзарядка от солнечных лучей либо батареек. Думаю, вам этих десяти минут хватит с гору. Гравипушка – перемещает предметы до двухсот килограмм на расстоянии.

– План следующий, – предложил Тадеуш, – проходим через подземный канал, по которому они гонят вагоны по рельсам. Этот тайный проход известен даже не всем их подчиненным. С помощью этих вагонов переправляют необходимое, людей либо нужные материалы.

Пробираются вдоль скал в направлении секретного канала.

– Зачем ты вообще пишешь?

– Я считаю себя ужасным человеком. Я ненавижу себя. Писаниной же оправдываю свое существование, так моя жизнь обладает хоть каким-то маломальским смыслом. А сейчас мы близки к смерти. Каждый воображал свои похороны, где все плачут, осознавая, как ты был им дорог и как они этого не ценили.

– Тише, уже подобрались к опасным местам.

– Смотрите, за этим камнем находится тайный проход. Видите, два охранника. Я, – сказал Тадеуш, – и Пилсудский, держим их на мушке. Авитус и Аркадий, крадитесь к ним. Оглушите их.

Аркадию ничего не оставалось, как только подчиниться.

В присядь, малыми шажками, крался Аркадий. Собравшись, набросился на охранника. Схватка продолжалась секунд десять, до тех пор, пока Авитус не вырубил его прикладом.

– Что ты с ним так возился?

– Я накинулся сзади. Хотел шею свернуть. И как это в фильмах так легко шею ломают? У меня так не вышло.

– Вот балда!

Тадеуш, целясь куда-то в вершину горы, одним выстрелом снял вражеского снайпера. Его труп пролетает все пятнадцать метров высоты и разбивается вдребезги.

– Зайдешь в комнату и окажется – смысл жизни заключен в цифре 42… – никто не ответил на размышление Авксентия, и никто не понял его мысли.

– Так, применяем костюмы и за мной, – они продвигаются вдоль рельс.

На них почти бесшумно двигался поезд. У поезда было всего два вагона. Поездом он был постольку поскольку имел «поездоподобный» вид. Это скорее были скрепленные две вагонетки, движущееся по рельсам. Его только смогли заметить из-за фар и небольших колебаний земли. Наши герои успели отскочить по сторонам. Авксентий, со свойственной ему неуклюжестью, с разгону врезался в стену тоннеля и упал на рельсы перед поездом. Авитус, благодаря своей ловкости и быстроте, схватил его за ноги, но не потянул на себя, а наоборот, отбросил на противоположную сторону. Через две секунды от железного горного монстра осталось лишь эхо. Поезд проезжал еще трижды, пока их путь не перегородила в два с половиной метра в высоту металлическая дверь с кодовым замком. Пилсудский достал черное шарообразное устройство (известный нам датчик по предыдущему их заданию) и броском прикрепил его к замку. Легким нажатием кнопки на датчике и последующим набором кода дверь отворилась. Пред ними открылась картина: пустой белоснежный коридор с красной линией, пролегающей посередине. Там же находился пустой пост охраны.

По коридору раздавалось эхом поступь солдатских сапог.

– Занимаем позиции. Здесь два прохода, значит на каждый по два человека.