Читаем Пловец Снов полностью

Это его личная заветная буква. Он изобрёл её в детстве. Литера выглядела, как обычная «З», но только с ещё одним, чуть более угловатым крючком сверху. Особенно хороша и изящна была прописная версия, в которой нижнее звено превращалось в петельку. «Супер З» или «зупер» – положим, не самое удачное название – чем-то напоминала иероглифы или клинопись, в ней проступали загадочность и искусность. Гоше очень нравился изгиб линий, но, сколько он ни показывал её своим товарищам во дворе, большого энтузиазма новая буква не вызывала.

Сейчас он верил, что книга выйдет, но отчего-то начал сомневаться в цене… Быть может, она стоила всего этого, когда ещё была G… Горюнов замер. Орлова настойчиво спрашивала его про имя, но ни разу ничего не сказала о названии… Неужели оно её не смутило, не удивило, не заставило возражать? Более того, на титульном листе до сих пор красовалась буква G. Рукопись не знала, сколь многое изменилось… Остался ли в недрах страниц тот отпечаток истины, который согревал автора всё это время, или же он пропал, отвалился, был жестоко купирован?.. В очередной газете Георгий вычитал, что китайские фермеры отсекают хвостики маленьким нежным розовым поросятам. «Зелёные» и другие защитники природы кричат о зверствах, но у животноводов есть сугубо экономические причины: когда малыш вырастет в борова, это сэкономит до килограмма корма в день. Выходит, радостно вертеть хвостиком – довольно энергозатратное дело.

Может быть, с истиной так же? Была и пропала… Из экономии. Эта мысль уже приходила к нему: в данный момент никто не согласится увидеть в деятельности Георгия подвиг, не согласится признать его главным автором своего времени. Все станут кричать: «Убийца!» Но потом обязательно родятся новые люди, способные поверить во что угодно. Так всегда происходит.

Сюжет складывался известный. Он был мрачен и тяжёл… особенно для главного героя. Выходило, будто жить счастливо в одном мире Горюнов и его книга никак не могли. По законам детективного жанра преступник должен так или иначе понести наказание, поскольку логика и справедливость обязаны торжествовать. Почему обязаны? Хотя ладно, пусть, раз уж в жизни они находятся в уязвлённом положении… То, что Георгий совершил, могло бы считаться правильным только в ином мире. Таком, которому не нужна его заветная книга. А подобного совершенного места пока нет. Будет ли?

Незатейливая мысль привела его в полнейшее отчаяние. Горюнову очень хотелось спастись, он жаждал хэппи-энда, но не для читателей, а для себя. Чем плох, например, такой конец: мстителю удаётся убежать, скрыться. Он живёт отшельником где-то в глубинке и лишь иногда наведывается в город с одной целью… Меж тем благодаря отправленному письму подробности его деятельности становятся широко известными, и теперь каждый человек, берущий с полки детектив или любовный роман, знает, что возмездие настигнет его рано или поздно.

Пожалуй, многие усомнятся в справедливости такого финала. Кроме того, осуществление замысла точно в том виде, в каком герой заявлял его изначально, это всегда скучно. Как же можно закончить историю, если всё-таки ориентироваться на законы жанра? Итак, Горюнова должны поймать. В высокотехнологическом детективе за пригородным автобусом обязательно летел бы вертолёт. Георгий прислушался. Стрекота лопастей, кажется, не было. Пусть телефон он выкинул, но мало ли средств слежения? Вообще в подобной книге кто-то из этих – попутчиков – на деле оказался бы агентом. Быть может, как раз его сосед. Колбаса, похоже, без снотворного, но когда девочки пришлют следователю письмо, между страницами остатков книги «Долина страха» обязательно отыщется волосок. Далее посредством анализа ДНК установят личность… Только бы это не коснулось Лены с Викой! Стоило, конечно, подумать об этом раньше…

А если Андрей на самом деле ничего не знает и не узнает? Такой поворот даст возможность эфемерного счастья на какое-то время, но… жанр требует, чтобы потом всё-таки что-то произошло. Книга не может описывать спокойную жизнь, это не интересно. Скажем, пусть Борис догадается и решит подружески сообщить в полицию, движимый завистью или порочной страстью… Да чем угодно! Но зависть допускает больше сюжетных вариаций. Сдать Горюнова мог бы и Макарыч. Просто глупо настучать, не зная конкретики, там произведут обыск в квартире и всё вскроется. Почему именно он? Во-первых, плохо расстались. Во-вторых, Георгия долго нет дома, а никто не позволял ему снимать соседа с довольствия.

Не составит труда найти причины для любого персонажа… Скажем, если бы его выдала Люма, невесть как догадавшаяся о происходящем, значит, она не совладала с обидой… Хотя именно это маловероятно. Скорее, каждая из женщин пыталась бы спасти Горенова. Все-то его, дурака, любят…

В конце концов, чтобы восторжествовала справедливость, в герое могла взыграть совесть. Допустим, он сам позвонит и сознается. Впрочем, это до противного банально. Нужно что-то более неожиданное, резкое.