Читаем Плоть полностью

Я закрыл дверь и улегся, обхватив массивный матрац дивана. Когда я закрыл глаза, мне явственно представилась Черил, распластавшаяся по стене, хотя я и не был свидетелем этой сцены. Она была такая хрупкая, такая маленькая. Неужели этот тип не мог напасть на более крепкую девицу из моих студенток? Как бы он обошелся с женщиной, чьи бедра были много толще, чем у него? Я представил себе, как он пытается обхватить ее, но не может сомкнуть руки за ее жирной спиной. Когда же он занялся ее громадными трусами, то она, обхватив его своими мощными руками, заткнула ему рот, распластав свои пухлые ладони по его лицу. Лицо женщины превратилось в лицо Холли, а потом в лицо Сьюзен, которая обыденным голосом позвала меня к столу.

Аппетит у меня так и не проснулся, впрочем, Сьюзен тоже не слишком интересовалась едой. Мы вяло тыкали вилками в мясо и горошек. Я подумал и решил все ей рассказать.

— Одна моя студентка получила травму.

— Как Джим Макалпин? Но сейчас уже не сезон для водных лыж.

— Нет, не как Джим.

Год назад один мой студент, Джим, сломал ногу, прыгая с трамплина на водных лыжах на озере Сардис. В невероятном возбуждении он позвонил, чтобы сообщить мне эту новость, но вместо меня трубку сняла Сьюзен. Я перестал думать о Джиме и проглотил кусок мяса.

— Нет, это было изнасилование.

— Сукин сын. — Сьюзен медленно кивнула, подтверждая свое возмущение. — Как она?

— Не очень хорошо. Она потеряла два зуба, и у нее, вероятно, сломано ребро или два. Не знаю, что еще. Думаю, мне надо навестить ее завтра в госпитале. — Эта последняя мысль пришла мне в голову, когда я ее высказал.

— Постой, это Баптистский мемориальный?

— Да, ее отвезли туда.

— Значит, это ее я видела сегодня днем, как раз перед тем, как пошла домой. — Сьюзен сжала мне руку. — О, Дон, она выглядела ужасно.

— Знаю, это я вызвал скорую. Это было примерно через час после того, как он ее отделал.

— А что с ним? Где он?

— Не знаю, вероятно, нянчит свое оскорбленное эго. Он не смог ничего сделать, она оказалась очень фригидной — девственница.

— Свинья, надеюсь, ему отрежут яйца.

— Об этом позаботится ее отец.

— Возможно, но держу пари, что ее отец такая же свинья. Знаешь, сколько таких историй я слышала, когда росла? Иногда об этом рассказывали сами мужчины.

Сьюзен начала убирать со стола, хотя мы еще не закончили есть. Она отнесла тарелки к раковине и выбросила вполне пригодную пищу в мусорный пакет. Теперь мне стало понятно почему. Вернувшись с работы, я застал ее за уборкой. Это был своеобразный сеанс домашнего изгнания бесов. Она обернулась ко мне, грудь ее тяжело вздымалась.

— И знаешь, что я тебе еще скажу? Иногда, держу пари, мне казалось, что эти мужчины похваляются.

Мы прекратили этот разговор. Сьюзен была в такой же ярости, как и я, может быть, еще больше. Но эмоциональные реакции имеют, очевидно, какое-то отношение к сексуальности. Поди разберись — Стенли Пирсон, вероятно, объяснил бы эту связь. Я же могу только сказать, что в эту ночь мы со Сьюзен любили друг друга в первый раз за несколько недель.

Когда мы на следующий день приехали в госпиталь, в палате Черил были ее родители. Девочка была в гипсе, на челюсть наложена шина, но родители решили забрать ее, чтобы ухаживать за ней дома. Мистер Мэтт оказался бледным эктоморфом, а не плотным здоровяком, каким я себе его представлял. Он непрерывно протирал носовым платком свои роговые очки. За то время, пока мы разговаривали, он сделал это пять раз. Миссис Мэтт носилась вокруг дочери, как хлопотливая клуша по курятнику. Оба родителя старались не смотреть на дочь, которая неподвижно сидела в белом пластиковом кресле.

Я поздоровался с Черил, которая в ответ с трудом произнесла что-то нечленораздельное, выказав свои чувства лишь выражением карих глаз. Лицо было покрыто синяками; может быть, потребуется пластическая операция. Я представился родителям и представил Сьюзен, и мистер Мэтт робко приблизился, словно желая предложить мне что-то из-под полы.

— Хочу поблагодарить вас, — пробормотал он, — за то, что вы помогли моей дочери.

Я рассеянно кивнул, словно помогать жертвам изнасилования для меня самое привычное дело.

Миссис Мэтт пригласила нас в Тупело, в гости.

— Черил потребуется общество, пока она будет выздоравливать.

— Что с тем парнем, который это сделал?

Я должен был задать этот вопрос.

Губы мистера Мэтта сложились в тугую нитку.

— Мы сами разберемся с этим. Мы не хотим огласки, вы же понимаете.

Я понимал. Все было так, как предвидела Сьюзен. Тот негодяй был заметной фигурой в городке. Единственное, что они сделают, — это прокатят его на выборах в Кивани-клуб. Я пожал Черил руку и сказал, что обязательно навещу ее через пару-тройку недель. Она ответила мне удивительно крепким рукопожатием. Это был, как мне показалось, добрый знак. По дороге домой Сьюзен сказала тусклым голосом:

— Интересно, сколько времени это займет?

— Что?

— Когда она сумеет это преодолеть?

— Постарайся не думать об этом.

— Я стараюсь.