Читаем Плоды обмана (СИ) полностью

Раздалось несколько оглушительных взрывов - в небо из трещин в склоне ударили струи раскаленного пара. Густая белесая дымка сразу же окутала все вокруг, снизив видимость до нуля. Едко пахнущие газы, выходившие вместе с водяным паром, обожгли легкие Юки, вызвав надрывный кашель.

Он, несмотря на толчки, попытался дотянуться до рюкзака - в нем лежала кислородная маска.

Что-то сверкнуло перед его глазами. Юки не успел понять, что произошло, лишь почувствовал, как падает назад. Он перестал слышать грохот, в его ушах воцарилась тишина – необычная, совершенно непроницаемая тишина. Он упал на спину и ударился головой, ощутив острую боль в затылке. Воздух рядом с ним накалился, ему нечем было дышать, однако он не мог пошевелить ни ногой, ни рукой. Юки беспомощно смотрел на струю пара, бьющую из разлома, образовавшегося на месте, где раньше лежал его рюкзак.

____________________________________________

14

Столп пара и газов, вырвавшийся из-под земли, стремительно окрасился в черный цвет, а провал в склоне с каждой секундой становился все шире и шире. Юки понимал, что ему нужно собрать все возможные силы и как можно скорее отползти в сторону, пока он не испекся тут, однако тело отказывалось повиноваться приказам мозга.

От взрыва, прорвавшего каменистую поверхность вулкана, в воздух взлетели миллионы осколков – больших и маленьких – и затем стремительно спикировали вниз. Один камень ударил по ноге, причинив сильнейшую боль, но это помогло – судорога боли подействовала на тело Юки как электрический удар и вернула способность двигаться.

Он перекатился через себя, и принялся отползать в сторону от смертельно опасного разлома. Все вокруг заволокло горячим паром, превратив склон вулкана в адскую сауну; потоки кипящей воды размывали почву, моментально превратив ее в обжигающую жижу, в которой запросто можно было увязнуть. Под густым градом камней, сыпавшихся сверху и больно ударяющих по плечам и спине, Юки удалось передвинуться метров на десять. Этот пусть стоил ему разодранных в кровь ладоней и нескольких сильных ушибов. Мысли Юки путались, в глазах все плыло, в ушах все еще стояла тишина, вызванная контузией. Предчувствуя, что вот-вот лишится сил, он дополз до невысокого каменного уступа и прижался к нему, надеясь найти за ним хоть какую-то защиту.

Тряска не только прекращалась ни на миг – наоборот, только усиливалась. Юки припал к выступу и закрыл глаза. Он не знал, что случилось с его спутниками, в порядке ли они, или кто-то из них пострадал из-за камнепада. Оставалось надеяться на лучшее. Что касается его самого, то Юки хорошо знал – шансов выжить в подобной переделке у него вдвое меньше, чем у прочих его коллег. И все потому, что он оказался ближе всех к фреатическому выбросу, склон взорвался буквально у него перед носом; стой он на несколько метров левее, то сварился бы заживо.

Небольшой камень стукнул по защитной каске и отскочил в сторону. Юки инстинктивно вжал голову в плечи, стараясь свернуться в комок таким образом, чтобы как можно сильнее защититься от каменной бомбардировки. Сколько времени прошло с момента начала подземных толчков? Кажется, вечность… Он отодвинул рукав спецовки, чтобы взглянуть на заляпанный грязью циферблат – судя по времени, фреатический выброс длится около десяти минут, не больше. А продолжаться он может столько, сколько понадобится, чтобы подземный резервуар с перегретыми газами опустел и давление в нем снизилось.

Еще через минуту в полутора метрах от Юки с грохотом приземлился булыжник, своими габаритами напоминающий малолитражный автомобиль. Вслед за ним увесистый булыжник величиной с мяч для регби, упал на голову Юки, скользнул по каске и ударил по плечу. Тот задохнулся от боли, в глазах у него потемнело - пусть каска и выдержала прямое попадание камня, но сила удара чуть было не сломала ему шею.

Его положение становилось все более безнадежным.

«По крайней мере, я умру как мои родители, - мелькнула мысль у Юки, – выполняя служебный долг».

Почти потеряв сознание, он вдруг ощутил поразительное спокойствие; на него снизошло умиротворение при мысли о возможной смерти. Да, Юки пообещал Акутагаве, что не станет убивать себя, но если он расстанется с жизнью здесь и сейчас – он не нарушит данного слова. Сама судьба дает ему возможность освободиться от гнета терзающих его чувств. Смерть принесет ему спасение…

Юки погружался в обморок с чувством облегчения.

«Я увижу его там. Наконец-то увижу вновь…»