— Ну и какого черта ты увеличиваешь мой тебе долг?

Нож замер, а на меня устремился тяжелый взгляд, под которым придавило почти физически, но я выпрямилась и прошла за стол.

— Я и так с тобой за спасение вряд ли расплачусь, а еще этот сказочный трах…

— Вроде не бил тебя головой, — отвернулся он, будто потеряв интерес.

— Это сделали до тебя, не волнуйся, — усмехнулась я. Только внутри все противно натягивалось и дрожало так, что начинало трясти. — Ружье почему не убрал?

— Накормить тебя хочу, — и он одним движением скинул мясо на сковороду. — Ты так и не ешь…

— У моего пребывания тут очень насыщенная программа, некогда, — голос уже заметно подрагивал. — Ты не хочешь на поток поставить? Романтика, секс… Знаешь, сколько скучающих женщин у нас в Дефоресте? О, сколотил бы состояние!

— Дана, — отложил он нож, но я не дала сказать:

— Можешь не готовить — я не буду есть, — посмотрела в его глаза. — Пока ты не отвезешь меня в город, не притронусь к тому, что готовишь. Понял?!

Я оттолкнулась от стола, роняя стул, на котором сидела, с грохотом, и направилась наверх. Ждала, что догонит, накажет, ударит… Но он не пошел за мной. Только через несколько секунд внизу раздался грохот и звон, от которых растерялась совсем — Сезар вымещал злость… на сковородке.

Весь остаток дня я провалялась в кровати, прислушиваясь и вздрагивая на каждый звук. Мужчина сначала пришел в ванную, потом спустился вниз, и после этого я долго его не слышала. Снаружи снова припустил дождь. Я скользила взглядом по комнате, ковыряя каждую мало мальски привлекательную деталь. Но уже через пару часов знала их все наизусть — Сезар не особенно грузился дизайном и милыми штучками. Безжизненно, лаконично, пусто…

Разболелась голова, и я закрыла глаза. Потом сползала в ванную, замечая, что стало как-то тяжело двигаться и вообще переставлять ноги. Тело знобило, а от холодной воды, что зачерпнула из-под крана, бросило в дрожь. Я доползла обратно и улеглась на кровать, замотавшись в одеяло.

10

Сложно было сказать, уснула я или просто провалилась в полудрему, но, когда услышала свое имя, не нашла сил среагировать. Губы пересохли, и когда попыталась их облизать, показались очень горячими. Кровать прогнулась, на лоб легла прохладная ладонь, и Сезар, кажется, выругался.

— Дана…

Оставил в покое ненадолго, потом пришел трясти снова, приподнимая.

— Не трогай меня, — прохрипела.

— Рот открывай и пей. — Таким злым я его еще не слышала. Прильнув к чашке губами, я заморгала, пытаясь смахнуть пелену с глаз. В комнате снова горел камин, пахло дымом, мятой и… им. Тело горело и не слушалось, сопротивляться было нереально. А Сезар влил в меня воду, и, казалось бы, оставил в покое. Но потом снова раскрыл и… стянул футболку, оставив голой.

— Пусти, — стонала я, но ему было плевать. Послышался плеск воды, и я взвыла от прикосновения мокрой ткани по всему телу. — Твою-ю-ю…

— Рот закрой, — прорычал, продолжая уматывать меня. — Лежать.

Конечно я буду лежать, лишь бы не шевелиться! Но мучитель на этом не угомонился — притащил какой-то горячий сверток и примотал его к ступням. Когда результат его устроил, он занялся ладонями — растирал и всячески грел, не давая мне уснуть. Потом менял простынь и снова заматывал в холодную, поил водой…

Эта ночь казалась бы бесконечной чередой мучений, если бы меня не прижало. На очередную порцию воды у своего лица я не выдержала:

— Сезар, — проскулила в какой-то момент, — я сейчас описаюсь…

— Я уже думал, ты не попросишься.

Странно, но страшно мне не было, хотя я понимала, что у этого чудовища нет банальных медикаментов для людей, а мне откровенно было нехорошо. Но обескураживало другое — он спасает меня. И действенно. Какими-то садистскими методами, но все же. И в туалет меня не отпустил — спустил голышом с кровати и повел, прижимая к себе, по коридору.

— Чувствую себя подружкой ботана, надравшейся на вечеринке, — пошатывалась я.

— Какое богатое воображение. Выдеру я тебя позже, — проникновенно пообещал он и собирался было направиться со мной в ванную, но я забилась в панике:

— Мы еще не настолько близки, выйди!

— Упадешь, разобьешь голову…

— И тогда тебе придется вспомнить, где у твоей машины газ, и отвезти меня в больницу, — съежилась я, усаживаясь на унитаз. — Не хочешь отвезти меня, кстати?

— Нет, — он оценил мою стабильность критическим взглядом и прикрыл двери. Только по ощущениям остался. Преуспеть стоило усилий. Тело прошибло потом, задница взмокла, и я правда чуть не соскользнула с унитаза на пол. Сезар ждал у дверей. Попробовал взять под руку, и после короткой потасовки все же сцапал.

— Сейчас не засыпай, принесу чай, — хрипло прошептал на ухо.

— А если я умру? — опустилась на кровать со стоном.

— Не получится у тебя умереть, уж прости, — накинул на меня одеяло и ушел в кухню.