Читаем Пленники темной воды полностью

— Кто с ними разговаривать будет? — спросил подбежавшего турист, аккуратно складывая спиннинг. — Нужны условия. С их то процентами.

— Видимо, будут, — ответил подбежавший человек и, показав на автомобиль, в котором приехал, добавил:

— У них есть план. Отработанный план по условиям. Со мной их представитель. Прилетел вчера. Есть полномочия для обсуждения. Детали — у него.

— Он же и начнёт переговоры? — спросил турист, складывая спиннинг в растянувшийся карман рыбацкой куртки.

— Нет, его информация для нашей группы. Обсудим здесь, на острове. Главный переговорщик приедет в течение недели. Он и пойдёт на контакт.

— А если сорвётся?

— Тогда…

Человек, тот, что подбежал к туристам, задумался на долю секунды, словно подбирая подходящую случаю фразу, и закончил:

— Тогда их план и сработает. Но лучше бы без него.

— Безголовые, — заключил турист и пошёл к своему автомобилю.

Двое других, переглянувшись, пошли за ним, волоча по прибрежным камешкам сложенные шезлонги.

Стих звук отъехавших машин.

Осела пыль, вновь поднятая резко сорвавшимися с мест колёсами.

Кот медленно обошёл то место, на котором стояли шезлонги (тут, по счастью, не пахло бензином, запах которого коту очень не нравился), внимательно осмотрел его.

И понял, что жизнь его не так уж плоха, как может подчас показаться.

Улов свой, три рыбки в красном пластмассовом ведёрке, рыбаки оставили на берегу.

Хотя, честно признаться, это, конечно, не бутерброд…

Подул ветер, сначала чуть заметно, потом всё сильней и сильней.

Парус, который минуту назад почти совсем уже сник и безжизненно повис на мачте, встрепенулся, подлетел вверх и, гордо выпятив вперёд свою бело-красную грудь, уверенно потащил яхту за собой, разгоняя её всё быстрее и быстрее.

Мелькнули вдали зелёные бока острова Аэгна, уже с проглядывающей кое-где первой осенней красно-рыжей полоской. По краю острова, по береговой его линии, чуть видная вдали, прошла пенная полоска прибоя — и растаяла, исчезла, растворилась бесследно в длинных жёлтых откосах песчаного берега.

Ветер свежел и порывы его становились всё более резкими и сильными..

— Ну вот, дождались, — сказал Вильяр, и, показав на парус, добавил:

— Натянулся, как майка на животе у дяди Пеэтера.

— Он что, любил покушать? — спросила Лииза. — А мне кажется, что наш парус просто зазнался. Такой красивый и сильный. И чем-то теперь похож на индюка.

— Дядюшка Пеэтер от природы был полный, — ответил Вильяр, вцепившись в штурвал, который, по мере ускорения хода яхты всё сильней и сильней рвался из его ладоней. — И добродушный. Конечно, парус у нас не такой. Он своенравный. Почти полдня висел как тряпка, а к вечеру решил прыть показать. Нет, парень, недолго нам сегодня осталось плавать. Ещё один круг — и к Пирита. О, чёрт! Яхту бы удержать!..

— Осенью море опасно, — сказа Лииза и голос её погрустнел. — И стемнеет скоро. Наверное, это последний наш день, который мы проводим наедине с морем. Потом будем сидеть дома, смотреть на мокрые, грустные окна и считать дождевые капли.

— Да, очень печально, — сказал Вильяр. — Зато безопасно. Хотя за всё лето раза два на яхте в море выходили. Маловато в этом году приключений…

— Ну уж нет, — строго сказала Лииза. — Не говори так! А то накличешь ещё…

Вильяр хотел уже отшутиться («ну и суеверная же ты, тебе бы не рекламным агентством руководить, а гороскопы составлять!») как трель звонка, непрошеная, неожиданная и резкая, долетела из спортивной сумки, брошенной им ещё утром на корме и совершенной забытой.

— Ну вот, мобильный я не отключил, — досадливо поморщился Вильяр. — Лииза, ради бога, послушай и ответь что-нибудь за меня. И если это звонят с работы — сообщи им, что я упал за борт и в настоящий момент добираюсь до берега вплавь. Так что раньше понедельника поговорить ни с кем не смогу.

— Ты опять? — снова нахмурилась Лииза, но на этот раз уж явно притворно (обижаться на Вильяра было просто невозможно). — Ты просто искушаешь судьбу своим глупыми шутками. Пожалуй, нужно и вправду составить для тебя гороскоп…

И, перебравшись на корму, она достала из сумки телефон.

— Это ты, Пааво? — она выразительно посмотрела на Вильяра и продолжила, — нет, он просил передать, что упал за борт. Но для тебя сделает исключение и обязательно с тобой поговорит… Да, уже возвращались… Что? В офисе? Через три часа? Да, я передам. А почему так поздно? Боже мой, какой у вас ужасный бизнес…Эти ваши транспортные проблемы возникают круглосуточно. Да, уже возвращаемся.

Лииза отключила телефон.

Присела у борта и, положив на него ладонь, минуты две смотрела на бегущие мимо неё волны.

— И что там говорил старый друг Пааво? — спросил Вильяр. — Отчего ты погрустнела? Что ещё он там придумал на выходные?