Читаем Плен одиночества полностью

Снова усевшись за стол, он положил руки перед собой и растопырил пальцы. Когда-то эти ладони могли в любой момент коснуться её тела, и чем-то противоестественным это не было. Сейчас же в тех местах, где их руки соприкасались, кожа будто горела, обугливалась, словно у него какая-то особая болезнь, будто бы ему ни в коем случае нельзя прикасаться к Ринате Бердниковой. Отравила ядом, душу сожгла дотла, станцевала на пепелище, ковырнула палочкой, — проверила, жив ли еще. Жив.

Игорь усмехнулся. Жив. Назло ей жив. Перевернул руки ладонями вверх и принялся внимательно рассматривать их. Ни ожогов, ни царапин, а горят так, будто кожу живьем сдирают. Она под кожу забралась, сука. С силой сжав зубы, он зажмурился и мотнул головой, пытаясь выгнать образ Ринаты из мыслей. Но она по-прежнему стояла перед ним. Стояла, вся такая холеная, одетая с иголочки, четырехкратная, мать её, олимпийская чемпионка! Как была стервой, так ею и осталась. И хоть детдомовская девчонка, хоть дочка президента — сути не меняет. Она стала еще красивее… Ему казалось, что в двадцать она была самой прекрасной девушкой на земле, но нет. Она взрослела, и красота её взрослела вместе с ней. С каждым годом черты лица теряли юношескую припухлость, скулы, губы, подбородок становились выражены все отчетливее. Сейчас ей двадцать семь. И он по-прежнему не может оторвать от неё глаз. Не может не вдыхать аромат её цветочных духов, не может не смотреть в прорезь блузки, едва приоткрывающую полоску бледной кожи на груди. Он помнит каждую её родинку, каждый изгиб тела. Сегодня она была прекрасней, чем когда-либо до. И именно сегодня она была как никогда далека. Это кольцо… Он бы мог подарить ей такое же. Нет, лучше, в сто раз лучше! По всей видимости, у этого Демаре нет никакого вкуса. Разве на её тоненьком хрупком пальчике этот огромный бриллиант смотрится?! Он подарил бы ей тоненькое, с десятком вкрапленных в белое золото небольших камушков. Чтобы они не мешались ей, чтобы она не чувствовала тяжести, чтобы кольцо не цеплялось за одежду. Сделал бы его на заказ. Самое красивое кольцо, такое же неотразимое, как она сама, такое же хрустально-точеное, как она сама. Да почему он думает об этом, чёрт возьми?! Пусть хоть вся брюликами обвешается, или этот Демаре её обвешает — разве ему не насрать?! Пусть делает, что хочет, пусть выходит замуж, пусть рожает десяток детей, только после Олимпиады. Пошла она к чертям! И она, и вся её семейка! Откатает в Пекине и может идти на все четыре стороны, вот его желание!



Не сдержав порыва, Игорь резко смахнул со стола приготовленные ему на подпись Дашей документы. Листы разлетелись по полу, и в этот самый момент с чашкой кофе в руках вошла его секретарша. Низенькая, чуть полноватая рыжеволосая девушка, доставшаяся ему по наследству от Бердникова.

Застыв в дверях, она в ужасе смотрела на него сквозь очки и не решалась сделать даже шага. Игорь едва не усмехнулся. В таком отвратительном настроении она его ещё не видела, хотя ей частенько доводилось слышать доносящиеся из кабинета крики в то время, когда он чихвостил подчиненных за невыполнение поставленных задач.

— Кофе поставь на стол, Дарья, — как можно более спокойно, попросил Игорь, и она словно спринтер по сигналу выстрела метнулась к столу. Поставила чашку и принялась собирать документы. — Я сам уберу, — глядя на то, как она ползает перед ним, проговорил он. — Даша, я сам. — Игорь поднял её, сжав за плечо. — Спасибо, — развернул и чуть подтолкнул к двери. — Спасибо за кофе.

— Не за что, — пискнула Даша и скрылась за дверью.

Но не успела её закрыть, как в кабинет вихрем влетела «сестра» президента федерации.

— Спасибо, Даша, — улыбнулась секретарше Оля и, прикрыв дверь, посмотрела на Игоря. Через секунду взгляд её переместился вниз, потом снова к его лицу.

— Мне стоит переживать?

— Ты о чем? — Присев, Игорь начал собирать бумаги.

Оля подошла ближе. Опустилась рядом и накрыла ладонью его руку с зажатой в ней тонкой папкой-скоросшивателем.

— Я столкнулась в дверях с Бердниковой, — пояснила она, не сводя с него взгляда.

— Вы обменялись любезностями? — хмыкнул Игорь, поднимаясь и утягивая за собой Максакову.

Недавно Оля остригла свои длинные русые волосы. Теперь они едва доходили ей до плеч. Ему больше нравилось, когда она была с длинными, но кто же поинтересуется его мнением. Уж точно не она и не в вопросе красоты.

— Ну, — хмыкнула Оля. — Скажем так, она очень старалась придать своему взгляду способность убивать. Но, как видишь, у меня иммунитет.

Крылов сложил собранные документы обратно на стол и уселся на свое место. Оля плюхнулась по другую сторону, туда, где недавно сидела Рината.

— Так мне стоит переживать? — повторила она свой вопрос, приподняв брови.

— Я тебя не понимаю, Оль, — слегка нахмурился Игорь.