Читаем План Б полностью

В центре спальни стояла огромная кровать. По двум подпоркам и всему балдахину вились лианы, длинными плетями свисавшие вниз, образуя цветущие занавеси со всех сторон кровати. Мири покачала головой. Ох уж эти лиадийцы! Отдельная комната специально для одевания, сад, выращенный в спальне, и куча других штук, разбросанных повсюду, судя по всему, просто ради красоты. Она прикусила губу, вспомнив квартиры, в которых прошло ее детство: бесконечные вереницы крыс, лохмотья синт-обоев на стенах, почти лишившиеся рам окна, пропускавшие ледяные зимние ветры Пустоши.

— Забудь, Робертсон, — прошептала она себе. — Больше ты туда не вернешься. Никогда не вернешься.

Постельные цветы были бледно-голубые с размытыми белыми полосками, и они источали нежный и приятный аромат. Поддавшись порыву, она сорвала один цветок и заправила себе за ухо, а потом пошла по синему с кремовым ковру к гардеробной Вал Кона.

Как только дверь открылась, он встретился с ней взглядом в зеркале и улыбнулся.

— Шатрез!

Она попыталась ответить ему улыбкой и увидела, как губы ее отражения задрожали, а потом расстроенно сжались. Большие серые глаза открылись еще шире при виде белой рубашки с жабо, шикарных темных брюк, зеленой серьги и кольца на пальце: всех принадлежностей лиадийского джентльмена, собирающегося отправиться на званый обед.

Вал Кон стремительно повернулся. Его взгляд и лицо выражали тревогу.

— Мири! В чем дело?

— Я… — Она тряхнула головой и сумела изобразить более или менее убедительную улыбку. — Ты похож на лиадийца, босс.

— А! — Его лицо разгладилось, и он направился к ней, чтобы ласково дотронуться до ее щеки. — Но, видишь ли, я — лиадиец, так что дело, наверное, в этом.

— Надо полагать, — согласилась она и вздохнула. — Готов идти на встречу со львами?

Одна бровь выразительно выгнулась.

— С Кланом Эроб? Ну, на львов они не тянут.

— Ага. А если проверка генов даст отрицательный результат? Ты-то в порядке, но я не из тех, кого Эроб обычно приглашает на ужин.

— А как же портрет Мири-экликти?

Он нежно прикоснулся к цветку, который она заложила себе за ухо.

— Наверное, совпадением это не объяснишь, да?

— Это представляется мне в высшей степени маловероятным. — Он снова прикоснулся к цветку, а потом извлек его у нее из-за уха.

— Для такого обеда не годится, — тихо сказал он.

— Что? — Мири вышла за ним в спальню. — Закон запрещает надевать цветы к столу?

— Этот конкретный цветок, — ответил Вал Кон, осторожно ставя его в хрустальный стакан для воды. — Он — афродизиак.

Она удивленно посмотрела на него, а потом перевела взгляд на цветочный полог.

— И они вырастили их над кроватью?!

— Разве можно придумать более подходящее место?

— Да, верно.

Она закрыла глаза, усилием воли заставляя напряженные мышцы расслабиться.

— Мири?

Она посмотрела на тот узор, которым он был у нее в сознании: яркий, четкий и любимый, — а потом открыла глаза и криво улыбнулась настоящему лиадийскому джентльмену, стоявшему перед ней.

— Вот что я тебе скажу, босс: весь этот маскарад пойдет прахом из-за какой-нибудь глупости вроде этого цветка. Если бы тебя не оказалось рядом, чтобы предупредить меня прежде, чем я выйду к гостям, я все испортила бы.

«Все, — подумала она. — Его меланти, меланти рода йос-Фелиумов, ее собственные жалкие крохи — все улетучилось бы. Из-за какого-то цветка».

— Я на такое не готова! — вдруг заявила она, чувствуя, как в ней поднимается паника. — Послушай, босс: я солдат, а не актриса. И те, внизу, ни на секунду не поверят, будто я — леди йос-Фелиум. Давай попробуем найти старую леди и скажем ей, что сделали ошибку. Ладно? В городе сейчас полно наемников: среди них найдется кто-то, кто задолжал мне обед…

— Мири! — Он в одно мгновение оказался рядом с ней, крепко обнял и прижался щекой к ее щеке. — Это не маскарад, шатрез. Это — правда. Мы — спутники жизни. И часть нашего с тобой меланти включает появления в качестве лорда и леди из рода йос-Фелиумов. — Он с тихим смехом добавил: — За наши грехи.

Она чуть не подавилась смешком и уткнулась лицом ему в плечо.

— Я испорчу тебе меланти.

— Нет. — Он поцеловал ее в ухо. — Моя спутница жизни — леди умная, остроумная и отважная. И ее меланти может только поддержать и укрепить мое собственное! А вместе… — Он нежно взял ее за подбородок и приподнял ее лицо, чтобы она смогла заглянуть в яркие зеленые глаза, полные озорства, — вместе, шатрез, мы… — он наклонил голову, приблизил губы к самому ее уху и тихо выдохнул: — … настоящий атас!

— Ты… — Мири рассмеялась, крепко его обняла, а потом отступила на шаг и взяла его за руку. — Ладно, пошли знакомиться с семьей.

Но у двери она снова остановила Вал Кона, чтобы задать ему вопрос, который только теперь пришел ей в голову:

— А мы признаемся, что я понятия о твоих родных не имею? Думаю, даже тель-Вости не одобрит пожизненного союза, раз я не встречалась в Первым представителем, не говоря уже о том, чтобы ты получил ее согласие.

— Уместный вопрос, — пробормотал Вал Кон и, наклонив голову набок, устремил взгляд в никуда, чуть сдвинув брови.