Дилайла отвернулась от нее и пошла на кухню. У входа, за полуоткрытой дверью, стоял Моисей, совершенно неподвижно. Дилайла кивнула ему, но он вроде даже и не заметил ее. Всё его внимание было сосредоточено на споре в дверях, челюсти у него были плотно сжаты. На миг Дилайла задумалась, что это могла быть за женщина. Хотя какая разница? Главное, что это не Брэд.

Про Брэда очень скоро можно будет забыть. Навсегда.

Глава 16

С лица Эбби не сходила улыбка. Самая ее лучшая. Искренняя, невинная, теплая улыбка, которую за долгие годы практики она довела до полного совершенства.

Дородный детина в дверном проеме не сдвинулся с места.

У нее уже было более чем достаточно времени, чтобы задним числом переосмыслить все свои доводы, когда Эбби летела через всю страну, руководствуясь тем, что можно было назвать интуицией. В конце концов, не имелось никаких причин полагать, что она нашла абсолютно все филиалы церкви Братства Лилии. А даже если и так, то отнюдь не исключалась вероятность того, что иногда Моисей переселялся со своими последователями и туда, где представительств церкви не имелось. И Эбби совершенно не представляла, какова природа отношений между Моисеем и этой религиозной организацией. Он там наемный работник? Волонтер? Или, что вроде как наиболее вероятно, один из пасторов этой церкви?

Хотя это было не так важно. Она отправила электронное письмо с описанием обнаруженной ею связи между Моисеем и церковью Зои Бентли и Тейтуму Грею. Таким образом, даже если эта конкретная вылазка ни к чему не приведет, они смогут использовать данную зацепку для более тщательного поиска. У ФБР вполне хватает ресурсов, чтобы найти все филиалы церкви Братства Лилии до единого и выяснить, не работал ли в каком-то из них Моисей.

Но поскольку она уже на месте, можно по крайней мере пообщаться с руководителем этого молодежного приюта и спросить, не видели ли здесь Моисея Уилкокса.

Только вот оказалось, что не получается даже просто пройти за дверь.

— Простите, — уже в третий раз сказала мужчине Эбби. — Похоже, мы с вами не с того начали. Все, чего я хочу, это всего лишь пару минут поговорить с каким-нибудь ответственным лицом.

— Сейчас никого нет, — пророкотал тот. У него был голос, подобный несущийся с гор лавине. — Не хотите оставить свой номер телефона? Они вам перезвонят, как только у них будет время.

— Мне нужно успеть на завтрашний рейс, прямо с утра, — ответила Эбби, вкладывая в свой тон изрядную долю отчаяния. — Как я могу с ними связаться?

Пусть он посмотрит на проблему с ее точки зрения.

Детина пожал плечами.

— Не могу сказать.

У него явно не было ни малейшего желания рассматривать проблему с ее точки зрения. Прежде чем делать такие попытки, следовало наладить с ним более доверительные отношения, но Эбби очень устала от перелета и начинала уже раздражаться. И, честно говоря, иногда ей хотелось, чтобы в таких случаях было бы достаточно и того факта, что она вполне себе симпатичная женщина с дружелюбной улыбкой. Но, судя по всему, не в этот раз.

Что ж, Эбби все равно была далека от того, чтобы сдаваться.

— Холодает, а…

— Что тут происходит, Ричард? — спросила какая-то женщина, появившаяся за спиной здоровяка — очевидно, этого самого Ричарда.

— Эта дамочка хочет поговорить с кем-нибудь из руководства, — буркнул тот.

— Я могу поговорить с ней, всё в порядке.

— Но…

— Уверяю тебя, всё в порядке.

Ричард повернулся, чтобы посмотреть на женщину, которая едва заметно кивнула ему, и отошел от двери. Той было около сорока, черные волосы каскадом ниспадали ей на плечи. Ее голубые глаза прищурились, когда она улыбнулась Эбби. Женщина держала за руку маленькую светловолосую девчушку, которая с любопытством смотрела на них. В свободной руке у девчушки был какой-то детский рисунок.

— Меня зовут Анна, — представилась женщина. — Прошу за мной.

Она пропустила Эбби в прихожую. Откуда-то из глубины коридора до них доносились звон столовых приборов, какие-то разговоры, веселый смех. Анна, все еще держа маленькую девочку за руку, повела Эбби в противоположную сторону и открыла дверь в маленький кабинет.

— Простите за Ричарда, — сказала она. — Иногда он чересчур уж усердствует. Это молодежный приют, и у нас здесь есть дети, подвергшиеся насилию. Время от времени появляются их родители, и у нас случаются неприятные стычки.

— Всё в порядке, — отозвалась Эбби. — Мне и самой приходилось работать с детьми, подвергшимися насилию. Прекрасно вас понимаю.

Анна уселась за письменный стол, указав на один из стульев перед собой. Эбби села. Маленькая девчушка по-прежнему стояла рядом с Анной, которая спросила:

— Итак, чем могу вам помочь?

Эбби уже все тщательно продумала. Размахивать полицейским значком сейчас будет без толку. И любой подход, который включал бы попытки обвинить церковного служащего в каких-либо проступках, вынудил бы Анну уйти в глухую оборону и проявить враждебность. Эбби требовалась информация, и она хотела, чтобы они знали, что Моисей опасен. Однако действовать приходилось с осторожностью. Она смущенно рассмеялась.