Читаем Плач Абалона (Онд - 1) полностью

- Иди ко мне, Брид, леди Великой Матери, иди и живи со мною в прекрасном Ри-Эрриш, иди и вкуси блаженство вечного счастья. Живи со мною вечно! Вечно! - Слова Талоркана лились, словно мед, теплый и липкий, и Брид не имела сил освободиться. - Вместе мы сможем сотворить немало добра. В своем мире ты обладаешь великим могуществом. Объедини его с моим, и мы сделаем все, как надлежит. Сообща мы исцелим все страдания в обоих мирах!

- Не поддавайся, Брид, - умолял Каспар, чувствуя, что лесничий лжет. Ты нужна миру. Не поддавайся, не то Троица погибнет!

Брид обернулась к нему и вновь с тоской посмотрела на Талоркана.

- Вечно... - проговорила она, будто обдумывая это. - Мне мешают король Рэвик и дворяне Новой Веры, мне мешают даже Керидвэн и Морригвэн, и я мало, что могу исправить. А с тобой...

- Брид, мы должны вернуться! - Каспар услышал в своем голосе страх. У Брид менялись глаза: на смену зеленому цвету, травы приходило золотое сияние солнца, отражение взгляда Талоркана. - Вспомни о Керидвэн и Морригвэн. Что они без тебя будут делать?

- Да, - медленно обернулась Брид. - Да, мы должны вернуться. У меня в руках - Свирель Дуйра.

- Верно, - сказал Талоркан, протягивая руку, - и ты отдашь ее мне.

- Н-нет, - неуверенно ответила Брид. - Нет... Не сейчас.

Здесь, в этом проклятом краю, Брид казалась Каспару совсем чужой...

Его мысли прервал какой-то шум на лестнице. Талоркан сощурился и резко обернулся.

Одетая в бледно-зеленое, самая легкая и улыбчивая из всех членов Высокого Круга, Уйллеанд вплыла в комнату, а сопровождал ее Дуйр напротив, самый плотно сложенный из всех тринадцати. В его присутствии Каспар, как ни странно, почувствовал себя спокойнее, а Брид шепнула ему на ухо:

- Дуб и жимолость!

Никакой нужды в этом не было, Каспар и так их без труда узнал; но хорошо знакомый наставнический тон жрицы придал ему еще больше уверенности.

- Госпожа моя Уйллеанд, господин мой Дуйр, - поклонился Талоркан.

- Старший лесничий, - торжественно обратился к нему Дуйр, и его глубокий голос заполонил всю комнату. Каспар вспомнил о своем отце. - Что ты здесь делаешь? У тебя есть более важные задания. Мы постановили, что смертные будут содержаться здесь до тех пор, пока их судьба не будет решена. - Он милостиво улыбнулся Каспару, Брид и Папоротнику. - Что же, расскажите, удобно ли вам здесь было?

- Нет, - коротко ответил Каспар.

Дуйра это, похоже, опечалило, а Уйллеанд мягко произнесла:

- Раз так, мы поместим вас в другое место, получше. Ведь вам, похоже, придется провести у нас немало времени. Должно быть, вы голодны? Идемте, примите участие в нашем пире. Вам понравится. Лесничий, проследи, чтобы эти существа были доставлены на пир.

"Существа! " - подумал Каспар. Что же их, за животных тут держат?

Члены Высокого Круга вылетели из комнаты, но на пороге Дуйр вдруг обернулся.

- Мне нужна моя Свирель.

Стоило двери захлопнуться, как Талоркан, до тех пор стоявший навытяжку, расслабился.

- Ха! Возомнили, что лучше знают, как должно быть. Пир! Все пленники моя забота!

- Ты хочешь забрать Свирель себе, а Брид только используешь для этого! - воскликнул Каспар.

Лесничий засмеялся.

- Свирель бесполезна. Ее силы ограничены. Мне нужна она! - Он указал на Брид. - А пока Свирель у нее, она может сбежать. Она так красива, что я ни за что этого не позволю. Ни за что.

... Отряд лесничих, подчиненных Талоркана, сопроводил их в огромный зал. С потолка свисали на золотых цепях искусно сделанные канделябры. Повсюду горели свечи, и в свете их пламени настенные гобелены оживали: звери переливались пурпуром и изумрудом, по лесным пейзажам бежали медные, и бронзовые нити. Господствовал в зале огромный стол из полированного вяза. Вокруг него сидели на бесчисленных резных стульях, подбитых серебряной тканью, смеялись и пировали лесничие и их женщины в пышных нарядах. В дальнем конце зала высился еще один стол, и оттуда взирали на празднество члены Высокого Круга.

Прислуживали пирующим их же сородичи, тоже безумно красивые, но, подойдя ближе, Каспар заметил между ними нескольких мужчин с русыми или темными волосами и ничего не выражающими глазами. Они вы глядели устало и печально, кожу их покрывали язвы и порезы, из которых сочилась кровь. Люди! Смертные люди, такие же, как он сам, обращенные в рабство, подумал Каспар с отвращением... и страхом.

Как ни злился он на народ Иномирья, а слюнки все же потекли. Чего только не было на столе! Запеченная утка, тушеная зайчатина, оленьи седла, окорока с медом, марципаны и печенье, кровяные колбасы, шипучие вина, густой сидр... и пироги с яблоками. Пироги с яблоками Каспар просто обожал. Кругом веселились, танцевали и пели прекрасные дамы, одетые в платья цвета колокольчиков, нарциссов, анютиных глазок и брионий. Туда и обратно сновали слуги с серебряными блюдами в руках, от которых пахло самыми разнообразными пряностями. Каспар пожирал глазами лососину в сладком кляре, тарталетки и заварные пирожные. Вот бы поварихе из Торра-Альты на это посмотреть!.. Есть хотелось до дрожи.

Папоротник взвизгнул от ужаса, увидев поднос с жирной олениной на ребрышках.