Читаем Питер Брейгель Старший полностью

Сыновья могли бы рассказать об отце, но о его характере, о его склонностях и взглядах они сами мало что знали. Отец умер, когда старшему — Питеру было пять лет, младшему — Яну исполнился год. Мать могла бы сделать образ отца живым для детей, но сама она тоже умерла очень рано, когда Питеру Брейгелю Младшему было четырнадцать, а Яну Брейгелю — десять лет. Об отце они могли узнать только от бабушки по матери. Она пережила и своего зятя и свою дочь и воспитывала их детей, которые остались круглыми сиротами. Теща Брейгеля сыграла немалую роль в его жизни: и в юности, когда он был учеником ее мужа, и в зрелости, когда он женился на ее дочери. Но когда подросли сыновья Питера Брейгеля и начали расспрашивать об отце, она была уже стара и многое забыла. А может быть, то, что рассказывала им, не казалось сыновьям существенным — семейные воспоминания, интересные только близким, — и они никому не передали ее рассказов.

Первым биографом Брейгеля стал нидерландский художник, ученый и литератор Карель ван Мандер. Свой знаменитый густо населенный труд «Книгу о художниках» он посвятил жизнеописаниям множества нидерландских и немецких живописцев и графиков, что и принесло ему заслуженную славу северного Вазари. Брейгеля он ценил высоко. Это делает честь его проницательности — ведь важнейших его работ Карель ван Мандер не видел. Но Брейгель не был центральным персонажем его книги, а лишь одним из множества ее героев.

И все-таки мы можем сказать, что если мы знаем о жизни Питера Брейгеля огорчительно немного, то без страниц, посвященных ему ван Мандером, не знали бы, пожалуй, почти ничего. Иногда, отчаявшись получить желанные сведения, ван Мандер восклицал: «Мне охотно, из сострадания, простили бы, что я, добывая сведения о жизни знаменитых живописцев, достиг меньшего, чем хотел, если бы только знали, как много прилежания и труда, даже превышавшего мои силы, я употребил на то, чтобы их получить».

Это относится и к тем усилиям, которые он приложил, чтобы рассказать о жизни Брейгеля. К его и нашему великому сожалению, он смог узнать о ней не так уж много.

Между тем временем, когда жил Брейгель, и тем временем, когда ван Мандер принялся за свой труд, прошли десятилетия. Когда Брейгель умер, ван Мандеру был двадцать один год. Он мог бы познакомиться с художником, но он тогда был еще молод и не помышлял о своей книге. Его книга была впервые издана тридцать пять лет спустя после смерти Брейгеля, и многие драгоценные сведения были к этому времени безвозвратно утрачены. Годы после смерти художника, едва ли не самые драматические в истории Нидерландов, мало способствовали сохранению документов и памяти о мастере, которого при жизни считали лишь одним из многих.

Вот почему биография, написанная Карелем ван Мандером, коротка и содержит много пробелов. На краткость этой биографии сетовали многие, но, кажется, никто не отметил, что сама ее фрагментарность служит косвенной порукой добросовестности автора. В пору, когда он писал, представления о документальной точности были очень зыбкими, источниковедения как науки вообще не существовало. Ван Мандеру легко было бы, как делали авторы многих жизнеописании той эпохи, заполнить лакуны в очерках вольными догадками. Такая биография Брейгеля выиграла бы в полноте, но проиграла бы в достоверности.

Заметим, что даже те современные исследователи, которые строги к ван Мандеру и придирчиво уточняют или настойчиво оспаривают то, что он написал о Брейгеле, в своих построениях отталкиваются от него. Без сведений ван Мандера жизнеописание Брейгеля, даже самое гипотетическое, было бы вовсе невозможно. Ван Мандер дает основу, и покуда она не опровергнута другими источниками (поиски таких источников ведутся давно, но не привели к успеху), все пишущие о Брейгеле так или иначе строят свои гипотезы на этой основе. Не забудем же в начале нашей работа воздать заслуженную благодарность тому, без кого она была бы немыслимой!

Ценнейшим дополнением к краткой биографии, написанной ван Мандером, служат крупицы бесспорных документальных свидетельств. Их так огорчительно мало, что мы можем сразу перечислить все, чем располагаем.

Известно, что Питер Брейгель был принят в Антверпенскую гильдию живописцев в 1551 году. Запись об этом важном событии, по счастью, сохранилась.

Известно, что между 1551 и 1553 годами он побывал в Италии. Это определяется датами под некоторыми рисунками.

В 1563 году Брейгель женился. Запись о его бракосочетании найдена в церковной книге.

5 сентября 1569 года художник умер. Год его смерти написан на его надгробии, установленном впоследствии сыновьями, день и месяц определяются по другим источникам. Вот и все… К ним можно добавить годы создания многих работ, даты которых указаны на 4 рисунках, гравюрах и картинах.

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь в искусстве

Похожие книги

120 дней Содома
120 дней Содома

Донатьен-Альфонс-Франсуа де Сад (маркиз де Сад) принадлежит к писателям, называемым «проклятыми». Трагичны и достойны самостоятельных романов судьбы его произведений. Судьба самого известного произведения писателя «Сто двадцать дней Содома» была неизвестной. Ныне роман стоит в таком хрестоматийном ряду, как «Сатирикон», «Золотой осел», «Декамерон», «Опасные связи», «Тропик Рака», «Крылья»… Лишь, в год двухсотлетнего юбилея маркиза де Сада его творчество было признано национальным достоянием Франции, а лучшие его романы вышли в самой престижной французской серии «Библиотека Плеяды». Перед Вами – текст первого издания романа маркиза де Сада на русском языке, опубликованного без купюр.Перевод выполнен с издания: «Les cent vingt journees de Sodome». Oluvres ompletes du Marquis de Sade, tome premier. 1986, Paris. Pauvert.

Маркиз де Сад , Донасьен Альфонс Франсуа Де Сад

Биографии и Мемуары / Эротическая литература / Документальное
100 великих героев
100 великих героев

Книга военного историка и писателя А.В. Шишова посвящена великим героям разных стран и эпох. Хронологические рамки этой популярной энциклопедии — от государств Древнего Востока и античности до начала XX века. (Героям ушедшего столетия можно посвятить отдельный том, и даже не один.) Слово "герой" пришло в наше миропонимание из Древней Греции. Первоначально эллины называли героями легендарных вождей, обитавших на вершине горы Олимп. Позднее этим словом стали называть прославленных в битвах, походах и войнах военачальников и рядовых воинов. Безусловно, всех героев роднит беспримерная доблесть, великая самоотверженность во имя высокой цели, исключительная смелость. Только это позволяет под символом "героизма" поставить воедино Илью Муромца и Александра Македонского, Аттилу и Милоша Обилича, Александра Невского и Жана Ланна, Лакшми-Баи и Христиана Девета, Яна Жижку и Спартака…

Алексей Васильевич Шишов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука
Сталин
Сталин

Главная книга о Сталине, разошедшаяся миллионными тиражами и переведенная на десятки языков. Лучшая биография величайшего диктатора XX века, написанная с антисталинских позиций, но при этом сохраняющая историческую объективность. Сын «врагов народа» (его отец был расстрелян, а мать умерла в ссылке), Д.А. Волкогонов не опустился до сведения личных счетов, сохранив профессиональную беспристрастность и создав не политическую агитку, а энциклопедически полное исследование феномена Вождя – не однодневку, а книгу на все времена.От Октябрьского «спазма» 1917 Года и ожесточенной борьбы за ленинское наследство до коллективизации, индустриализации и Большого Террора, от катастрофического начала войны до Великой Победы, от становления Свехдержавы до смерти «кремлевского горца» и разоблачения «культа личности» – этот фундаментальный труд восстанавливает подлинную историю грандиозной, героической и кровавой эпохи во всем ее ужасе и величии, воздавая должное И.В. Сталину и вынося его огромные свершения и чудовищные преступления на суд потомков.

Дмитрий Антонович Волкогонов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное