Читаем Питбуль полностью

— Немного. Я не углублялся в детали, но вижу, что он погиб в 1998 году и что он…

— Значит, дело есть? — Элоиза выпрямила спину.

— Нет, там был какой-то несчастный случай. Похоже, здесь не за что зацепиться.

— Но кем же он был? У вас есть что-нибудь на него?

— Только старое досье. Речь там идет о беспорядках в баре, уличной драке, неоплаченных штрафах за парковку — по мелочам. Мой знакомый сказал, что его никогда не брали на мушку за какие-то серьезные преступления.

Журналист Могенс Бетгер прошел мимо Элоизы и легонько постучал по столу. Он указал на конференц-зал и сделал ей знак, что пора закругляться.

— Шефер, мне пора, но я хотела спросить: мне можно ознакомиться с этим досье?

— Нет, нельзя, маленькая любознайка, сама знаешь. Но если применишь свои журналистские умения, можешь посмотреть свидетельство о смерти на веб-сайте Национального архива. Тебе будет нужно 1 августа 1998 года.

Элоиза не смогла сдержать улыбки. Она повесила трубку, взяла ноутбук под мышку и направилась в конференц-зал.

6

— Ну что ж!

Могенс Бетгер, редактор группы, пишущей об экономических преступлениях, хлопнул в ладоши и оглядел собравшихся. Шестеро журналистов сидели вокруг большого стола для совещаний. Единственным, кто остался стоять, был Бетгер. Его недавно подстриженные темные волосы были красиво уложены, костюм плотно облегал двухметровое, натренированное йогой тело.

— Думаю, нам пора обсудить текущее положение дел. Главный редактор хотел бы получить свежую информацию о том, над чем мы сейчас работаем. Как дела с Ибицей, Бо?

— После обеда у меня будет готов черновик, — сказал журналист Бо Рефслунд, указывая на стоявший перед ним компьютер. — Я все еще жду комментарий от банка, но у них было двадцать четыре часа, чтобы ответить на мой запрос, а я до сих ничего не получил. Так что, думаю, можно запускать историю и не давать им лишнего времени, чтобы развеять дым.

Речь шла о директоре филиала «Дэнске Банк» в Хольте, который купил летний домик на Ибице на деньги, неизвестно откуда взявшиеся. На волне крупнейшего в датской истории скандала с отмыванием денег «Дэнске Банк» сейчас меньше всего нуждался в новых разгромных статьях в прессе и в недобросовестных сотрудниках.

— Отлично! Я готов помочь с текстом, как только у тебя появятся наметки, — сказал Бетгер. Он обратился к следующему репортеру, и Элоиза перестала слушать.

Она открыла компьютер и вошла на сайт Национального архива, где через пару минут нашла свидетельство о смерти Тома Мазорека. Она нажала на ссылку, и на экране появился отсканированный документ из архива.

Элоиза пробежала глазами по странице.

Сверху было указано, что это свидетельство о смерти, выданное патологоанатомом. В правом углу стояли имя и идентификационный номер Мазорека, а слева была колонка стандартных вопросов. Ответы были вписаны шариковой ручкой, с наклоном и размыто.

Элоиза прищурилась и попыталась разобрать слова.

Полное имя: Том Мазорек.

Род смерти: несчастный случай.

Причина смерти: недостаток кислорода при утоплении.

Пятна на теле, окоченение, гниение: нет, нет, нет.

Место смерти: Ринкенес, 6300, Гростен.

Дата смерти: 1 августа 1998 года.

Мазорек родился 12 мая 1951 года и на момент смерти был зарегистрирован в Ринкенесе, маленьком городке в районе Гростена, расположенном на Фленсбургском фьорде примерно в двадцати километрах от границы с Германией. Больше в свидетельстве о смерти ничего не говорилось.

Элоиза открыла новую вкладку и на мгновение задумалась, где бы найти дополнительную информацию об этом несчастном случае. Она вошла в «Инфомедиа» — базу данных, куда попадает большая часть публикаций в СМИ. Новости, интервью, письма в редакцию, заметки из всех датских СМИ — все, чего не найти при помощи обычного поискового запроса.

Она ввела имя Тома Мазорека в поисковую строку и нажала «ввод».

Появилось три результата, и она нажала на первый — короткое сообщение из «Еженедельника Гростена» от 3 августа 1998 года.