Завернувшись в одеяло, она на цыпочках спустилась вниз. Толстые шерстяные носки защищали ноги от ледяного каменного пола. Еще только светало, но Джеки уже был на ногах. Огонь был разожжен, на плите шкворчала яичница с беконом, а из чайника вырывались струйки пара, говоря о том, что ее утренняя чашка чая почти готова. Джеки стоял к ней спиной, не подозревая о ее присутствии, и знакомый домик вдруг предстал перед Крисси в новом свете. Конечно, мебели по-прежнему было немного, но вместо мешков из рогожи на окнах висели красные льняные занавески. Джеки выменял несколько яиц на пару обрезков ткани, и они вместе у огня шили из них занавески. На жестком каменном полу у плиты лежал старый ковер, который Джеки притащил с благотворительного базара. Так у нее не мерзли ноги, когда она готовила. От запаха поджаренного бекона у нее потекли слюнки. Джеки вилкой выложил его на тарелку, отрезал толстый ломоть хлеба, который она испекла вчера, и бросил на сковородку, чтобы впитать вытекшее сало.

Крисси вновь окинула взором маленькую комнатку и впервые почувствовала себя дома. На цыпочках она подошла к Джеки и осторожно, чтобы не напугать его, прислонилась щекой к его спине, крепко обхватив руками.

Глава 41

Руки Тины окоченели от холода, и пальцы с трудом сгибались, пока она пыталась засунуть ключ в замочную скважину. На улице стоял мороз, но небо было ясным. Все тротуары покрылись инеем, превратившись в блестящие засахаренные бетонные прямоугольники, всегда напоминавшие Тине глазированное печенье. Наконец дверь поддалась, и Тина буквально ввалилась в магазин. Она подобрала с пола пачку рекламных листовок и бесплатных газет и забрала с порога бутылку молока, с досадой заметив, что птицы опять продырявили клювом фольгу, чтобы съесть сверху сливки.

Слегка оттаяв, она устроилась на стуле за прилавком и достала из сумки продолговатый голубой конверт. Внутри лежало несколько листов тонкой бумаги. Она улыбнулась, предвкушая услышать последние новости от Уильяма. Прошло полгода с тех пор, как они разъехались по разным континентам, но они продолжали писать друг другу почти каждую неделю.

Она так глубоко погрузилась в чтение, что подпрыгнула от звука дверного звонка.

— Прости, милая, — извинился Грэм. — Не хотел тебя напугать.

— Все в порядке. Я просто читала письмо от Уильяма. У них там минус пятнадцать, представляешь, и по прогнозу обещают еще холодней!

— Да уж, суровый край.

Он присел на стул напротив Тины и смотрел, как она читает. На ее щеках вдруг вспыхнул румянец, а на губах расцвела улыбка.

— О-о, — протянула она.

— Что он пишет?

— Пишет, что очень по мне скучает и думает обо мне каждый день.

Грэм закатил глаза к потолку.

— А ты сама что чувствуешь?

Тина вздохнула.

— Грэм, я не хочу обсуждать все это снова. Конечно, я скучаю по нему. Мы стали очень близки, пока путешествовали по Ирландии, но он живет за пять тысяч километров отсюда. Мы просто друзья по переписке.

— Это пока, а потом, боюсь, ты навостришь лыжи и рванешь к нему.

Тина отложила письмо.

— И разве это плохо?

— Для меня да. Я не хочу тебя терять.

Тина взяла его за руки.

— Грэм, я тебя очень люблю, и ты очень важный для меня человек. Ты мой близкий друг и моя опора, но я не твоя, чтобы ты меня терял.

Грэм робко поднял глаза.

— Я знаю. Я просто переживаю за тебя, после всего, что случилось.

Тина подняла руку, прерывая его.

— Мы договорились не поминать прошлое, помнишь?

— Конечно, просто прошел почти год, как…

— Я потеряла ребенка? Я знаю, Грэм, спасибо, — отрезала Тина, начиная потихоньку терять терпение. — Мне нравится общаться с Уильямом — это мой лучик счастья. Ты же хочешь, чтобы я была счастлива?

Грэм медленно кивнул.

— Больше всего на свете. Ты, как никто, это заслужила.

— Отлично, тогда можно я закончу читать письмо?

Грэм соскользнул со стула.

— Тогда я пока пойду открою.

Тина перевернула лист бумаги.

— О, боже! — воскликнула она, схватившись рукой за грудь.

— Что случилось?

— Крисси и Джеки поженились! Пару недель назад, в местной часовне, только они вдвоем. Как романтично! Уильям говорит, он получил по почте фотографию, и они оба просто светятся от счастья. Я так за них рада! Похоже, Крисси наконец смогла отпустить память о Билли и двигаться дальше. Теперь с ней точно все будет хорошо. Джеки прекрасный человек.

У Тины защипало в носу, и она громко шмыгнула.

— Подумать только!

Грэм стоял позади нее, опустив руки ей на плечи. Она откинулась назад, прижавшись к нему, и Грэм поцеловал ее в макушку.

— Спасибо, Грэм.

— За что?

— За твою заботу. Хоть ты и мнительней, чем отец, брат и офицер полиции вместе взятые, я все равно это очень ценю.

Посмеиваясь, он прикрыл за собой дверь и послал ей воздушный поцелуй через стекло.

Тина вернулась к письму Уильяма. Прочитав последний абзац, она чуть не свалилась со стула. Лицо и шею залил румянец, а затылок обдало жаром. Она была рада, что Грэм успел уйти.