– Мы же будем на связи, правда? То есть да, между нами целый океан, но мы можем писать друг другу, а при случае, может, даже поговорить по телефону. Знаю, это дорого, но…

Уильям приложил палец к ее губам.

– Давай просто наслаждаться сегодняшним вечером и не думать о возвращении домой. Как ты насчет прогуляться перед сном?

Тротуары блестели после весеннего ливня, а в воздухе было влажно и душно, от земли парило, точно в тропиках. Они зашли в парк и присели на лавочку под плакучей ивой, где было относительно сухо.

– Не верится, что завтра я в это время буду дома, – сказал Уильям.

– Ты, наверное, с нетерпением ждешь встречи с родителями.

Уильям задумался на секунду.

– Конечно, но у меня такое чувство, будто я подвел их.

– Каким образом? – нахмурилась Тина.

– Ну, они меня так поддерживали, когда я решил разыскать родную мать, хотя я знаю, что для них это было непросто и они очень переживали. А теперь оказывается, все было впустую. Не стоило мне все это затевать.

Тина секунду помедлила.

– Тогда бы мы никогда не встретились.

Уильям поразмыслил немного.

– Встреча с тобой – лучшее, что со мной случилось за всю поездку. Даже не представляю, каково бы мне было проделать все это в одиночку. Если бы тебя не было рядом, разочарование от того, что я так и не нашел мать, было бы гораздо тяжелее.

Тина протянула руку и нежно погладила его по щеке.

– О, Уильям, – прошептала она. – Мы знакомы-то всего ничего, но ты стал очень близким для меня человеком. Я думала, после Рика никогда больше не смогу доверять мужчинам. – Она слегка покраснела и отвернулась в сторону. – Глупости все это. Уверена, как только ты вернешься обратно в Америку к родным, ты напрочь обо мне забудешь.

Уильям усмехнулся.

– Ну уж нет, Тина. Тебя я никогда не забуду. В любом случае, я еще не отчаялся найти мать. Я как-нибудь обязательно вернусь в Ирландию, и уж точно навещу бабушку с дедушкой в Манчестере.

– Ты хочешь к ним приехать? – с надеждой спросила Тина.

– Конечно, почему нет.

– Не забудь и меня позвать, – добавила она, пихнув его локтем в бок.

Уильям встал и подал ей руку.

– Пойдем, уже поздно. Пора возвращаться домой.

Тина поднялась со скамьи и собиралась высвободить свою руку, но Уильям сжал ее сильнее, и она не стала сопротивляться.

Когда они добрались до улицы, на которой располагался дом миссис Флэнаган, почти стемнело. Они были настолько поглощены собственными мыслями, что не сразу заметили, что хозяйка зовет их с порога дома.

Уильям, не отпуская руку Тины, ускорил шаг.

– Что такое, миссис Флэнаган? – спросил он, запыхавшись.

– Наконец-то, – сказала она в ответ. – Я вас весь вечер жду.

Несмотря на то, что она была на две головы ниже Уильяма, она взяла его за плечи и, глядя ему в глаза, прошептала:

– У меня в гостиной сидит джентльмен. Не думайте, что я пускаю в дом всех незнакомцев подряд, но для него я сделала исключение.

Уильям нахмурил брови.

– Так, и что же? – торопил он хозяйку.

– Я сделала исключение, потому что он хотел вас дождаться. Я ему сказала, что вы уезжаете рано утром.

Она выдержала паузу, глубоко вздохнула и расплылась в широкой улыбке.

– Уильям, джентльмен, который сидит у меня в гостиной, говорит, что знает твою мать.

Часть третья

Глава 37

Не многое изменилось на ферме Брайер за последние тридцать пять лет. Жизнь здесь по-прежнему текла просто и незамысловато – как к тому привыкли оба ее обитателя. Батраки приходили и уходили, животные рождались и умирали, но суть фермерской жизни не менялась – долгие часы непосильного труда ради ничтожного вознаграждения. Когда Крисси впервые очутилась здесь много лет назад, она воспринимала это место как временное пристанище, и если бы кто-нибудь сказал ей тогда, что тридцать пять лет спустя она по-прежнему будет здесь, она бы покрутила у виска и отмахнулась, как от бреда сумасшедшего.

Хотя жизнь обошлась с ней довольно сурово, Крисси постепенно привыкла к деревенской жизни и находила утешение в отзывчивом человеке с добрым сердцем, с которым жила под одной крышей. Джеки Криви стал ей надежной опорой. Он относился к ней с безграничной и беззаветной преданностью, и Крисси жалела, что не могла дать ему большего. За все эти годы она не раз предлагала уйти, чтобы он мог завести жену, детей и сделать ферму Брайер своим семейным домом, но он и слушать не хотел. Дело не в том, что она им не дорожила. Совсем наоборот, он был единственным человеком, на которого она могла положиться. Столько людей предали ее в прошлом. Отец, который отослал ее в Ирландию, мать, которая оставила ее, несмотря на свои обещания звонить и навещать, тетя Кэтлин, которая распорядилась, чтобы ее отправили в монастырь, где ей пришлось пережить три года сущего ада, которого она не пожелала бы и врагу. И, конечно, Билли. Спустя все эти годы она так и не могла понять, почему он так бессердечно ее бросил. Она так сильно его любила и знала, что он чувствовал к ней то же самое, так почему с известием о ребенке все переменилось?