Повернув за угол, Инь Цзянь и Лю Сун обнаружили, что провод и не думал заканчиваться, убегая все дальше. Парни на ощупь двинулись вперед, ступая с большой осторожностью. Он прошли еще метров двадцать-двадцать пять и очутились в довольно просторном зале. Площадью он был порядка десяти квадратных метров; с противоположной стороны находились три выхода, причем каждый вел в своем направлении.

Поскольку тоннели в шахте прорубались по местам залегания руд, повторяя их изгибы, подобное разветвление коридора было обычным делом. Однако полицейских, отправившихся на поиски управляющего устройства от наручников, ждал неприятный сюрприз…

Глава 8

Сомнения множатся

За четыре часа до описанных ранее событий 24 октября, 21:00

Му Цзяньюнь шагала по шумной городской улице. Но стоило ей свернуть в боковой переулок, как она словно попала в совсем другой мир, мрачный и неприветливый. Пока она шла по оживленному проспекту, холод чувствовался не так сильно, но сейчас от порывов пронизывающего холодного ветра ее пробирал озноб. Му Цзяньюнь инстинктивно сунула руки в карманы пальто и плотно прижала локти к бокам, стараясь сохранить ускользающее тепло.

«Какое это все-таки недоброе место», — подумала она, невольно нахмурившись.

Подошла к знакомой лачуге. Ей предстояла встреча со всеми забытым и никому не нужным человеком. С тем, кто одним своим видом мог навести ужас на кого угодно. Как опытный психолог, Му Цзяньюнь прекрасно понимала, что человек, ставший для окружающих жутким монстром из кошмаров, как правило, сам живет в этом кошмаре.

Похоже, ее прихода уже ждали — едва она постучала, как дверь приглашающе распахнулась.

Хуан Шаопин стоял на пороге. Льющийся из комнаты тусклый свет отбрасывал на уродливое лицо причудливые тени, еще сильнее искажая его черты и превращая в жуткую маску.

— Здравствуйте, — первой нарушила молчание Му Цзяньюнь. Ей было откровенно не по себе, но показывать собеседнику свой страх и неуверенность она не хотела.

— Вы пришли. — Хуан Шаопин бросил короткий взгляд за спину гостьи.

— Я пришла одна, — ответила Му Цзяньюнь с легкой улыбкой.

Уголки рваных губ Хуан Шаопина дернулись вверх. Он явно старался изобразить улыбку, но от ее вида стало только хуже. Одобрительно кивнув, произнес:

— Входите. — После чего невнятно пробормотал: — Садитесь, где вам будет удобнее.

Несмотря на щедрое предложение, выбор был невелик: кроме деревянного стула, можно было присесть разве что на ветхую грязную кровать, стоящую в углу комнаты.

Му Цзяньюнь передвинула стул поближе к кровати, к которой, опираясь на палку и еле переставляя ноги, медленно брел Хуан Шаопин. Она сделала шаг навстречу, собираясь помочь калеке. Тот, очевидно, разгадав намерение гостьи, метнул в ее сторону упреждающий взгляд. Отказ от помощи в нем читался предельно ясно, хотя Хуан Шаопин не произнес ни слова.

Му Цзяньюнь неловко застыла, не решаясь настаивать. Во взгляде Хуан Шаопина чувствовалась удивительная сила и непреклонность. Этот человек был уродлив, на его долю выпало такое, что никому не пожелаешь, — но в этот момент он вдруг проявил силу характера, категорически отказываясь от помощи.

Впрочем, это длилось лишь мгновение. Он тут же снова опустил голову и ушел в себя, с трудом доковыляв до кровати. В повисшей тишине хозяин и гостья сели друг напротив друга.

— Вам есть что рассказать полиции? — твердым голосом спросила Му Цзяньюнь, нарочно выделив интонацией последнее слово. Она была настроена с самого начала захватить инициативу в разговоре.

— Нет, — Хуан Шаопин покачал головой, выражая свое несогласие с такой формулировкой. — Если б я хотел рассказать полиции, то уже давно сделал бы это. Я хочу сообщить это лично вам.

— Но вам ведь прекрасно известно, что я представляю полицию. Я — профессор в полицейской академии и сейчас вхожу в состав специальной следственной группы по делу номер четыреста восемнадцать.

— Поэтому я хочу, чтобы сначала вы пообещали мне кое-что. Только в этом случае я расскажу вам то, что хотел.

— И что же я должна пообещать?

По лицу Хуан Шаопина пробежала судорога.

— Секретная информация, которую я сообщу, не должна попасть в руки других полицейских. Вы можете провести расследование, но исключительно самостоятельно.

— Почему?

— Я не доверяю полиции. — Хотя голос Хуан Шаопина был все таким же хриплым, его лицо выражало предельную серьезность. — Те сведения, которыми я располагаю, могут поставить под угрозу мою жизнь, поэтому я столько лет держал рот на замке.

— Что вы хотите этим сказать? В этом замешан кто-то из полиции? — потрясенно спросила Му Цзяньюнь.

— Лишние вопросы сейчас ни к чему; вскоре вы все сами поймете. Сначала ответьте: можете вы пообещать мне это или нет?

— Обещаю, — без раздумий ответила Му Цзяньюнь. Похоже, скрытые обстоятельства того дела были даже ужаснее тех, которые уже были известны. Она затаила дыхание и вся обратилась в слух.